– Ну, конечно, вернулась, как же я без тебя, – улыбнулась Лиза и крепко обняла сына, ощущая, как теплота и нежность заполняют ее до краев. Ее сын, ее гордость и счастье. Он лучшее, что случилось в ее жизни.
– Марш в свою комнату, щенок, – грубо бросил Макс и, отстранив его, подтолкнул в нужном направлении.
Мальчик зашмыгал носом, стараясь сдержать слезы обиды.
– И не вздумай реветь, как баба, а то достану ремень, – пригрозил ему вслед.
– Зачем ты так? Он же ребенок, – упрекнула Лиза, проходя на кухню.
– Он мужик, а ты из него сопливую девку делаешь, – возразил Краснов и вернулся к волновавшей его теме. – Так где тебя носило?
– Максим, я тебе уже сказала, просто гуляла по улице, ни с кем не встречалась… – Елизавета хотела остудить накаляющуюся атмосферу, но муж уже был на взводе.
– Ты, значит, шляешься, а я должен голодный сидеть?
Ему нравилась эта игра, нравилось видеть страх в ее глазах, раз за разом ломать ее, подчинять своей воле. Лиза никогда не принадлежала ему по-настоящему, и он наказывал ее за это.
Макс мечтал, чтобы она смотрела на него так, как когда-то на своего хоккеиста, но в ее глазах всегда была бескрайняя заснеженная Антарктида. Ни улыбки, ни теплого слова. Даже в постели с ней он отчетливо ощущал присутствие третьего."
"Десять лет назад, придумывая гениальный план, Макс рассчитывал, что Царев исчезнет из жизни и все наладится, станет как прежде. Он увез Лизу в другой город, чтобы ничего не напоминало ей о прошлом, чтобы начать их отношения с чистого листа.
Ради нее бросил пить и играть, нашел работу, старался угодить, но вскоре понял, что все напрасно. Что бы ни делал, она не замечала, будто жила в своем маленьком мирке. Только рождение ребенка сумело немного расшевелить ее, Лиза зажглась ярким внутренним светом, начала улыбаться, но только не для мужа.
И тогда он сорвался, от злости и отчаяния вновь стал выпивать. Знал, что не должен, но уже не мог остановиться. Обида разъедала его изнутри, и он принялся вымещать весь негатив на своей беззащитной жене, уничижал ее как личность и как женщину.
Она молча сносила все издевательства, но это лишь сильнее раззадоривало его. Протрезвев, Максим просил прощения, обещал исправиться, но Лиза только горько усмехалась в ответ. Постепенно это вошло в привычку, Краснов перестал извиняться и начал получать наслаждение от процесса. Он сам не заметил, как превратился в монстра.
– Ужин в холодильнике.
