— Просыпалась, — доложил Свенсен, уважительно косясь на шаманьи баночки, — но не оборачивалась. Медведицей по двору бродит, ваше величество. Как раньше.
— Тайкахе? — тяжело обратился Бермонт к старику.
Шаман, собирающий утварь в свою котомку, укоризненно поцокал языком.
— Говорил же, медвежий сын, — как солнце встанет над головой, вкалывай, не тяни. Зачем пропустил, эй?
— Виноват. Помоги, видящий.
— Эх, медвежий сын, — прокряхтел старик. — И силен ты, и умен, да самонадеянности в тебе слишком много.
Но что делать, и на камне есть трещины. Не хмурься, уже помог, не нужны мне твои просьбы, чтобы ей помогать. Как увидел в воде королеву медведицей, сразу поспешил сюда, день на лыжах шел, день на поезде ехал. В замок пришел, посмотрел на нее — здорова, а потом медведь, — он кивнул в сторону Свенсена, — меня сюда привел. Две иглы теперь каждое утро тебе вкалывать, по одной в каждую руку.
И, смотри, не пропусти больше ни одного полудня. Если кто из якорей еще пропустит, не вернется она больше, навсегда в шкуре останется.
— Я прослежу за этим, — пообещал Бермонт. — Когда она снова обернется, Тайкахе?
— Может, и сегодня, — сощурился старик. Демьян поднялся на ноги, покачнулся. — Эээ, какой нетерпеливый. — Шаман мягко махнул рукой, в грудь его величества словно теплой ладонью ткнуло, и он сел обратно.
— Не спеши, медвежий сын. До полудня еще далеко. Послушай пока, что я увидел. А я тем временем тебя подправлю.
Свенсен замер у двери, но никто его не гнал, а Тайкахе, достав еще скляночки, подошел к королю.
— Сними-ка, — велел, указывая на сорочку, и когда Бермонт снял, сунул склянки ему в ладонь и начал проминать его величество острыми и на диво сильными пальцами, словно выправляя покореженные жилы и недавно сросшиеся ткани.
От него пахло жиром, дымом и травами.
— Трижды воскуривал я траву осью, позволяющую будущее увидеть, с духами у столба ледяного танцевал, бубном границы времен пробивал… видел я белого змея обезглавленного с тремя язвами огромными на спине. И тигра золотого — зреет на лапе его нарыв, вот-вот лопнет. И сокола красного — взлететь он пытается, но перебиты у сокола оба крыла и раны на них кровоточащие.
