Рядом рухнул Энтери, подкатив к Итери еще барана, и тут же наложил на нее крыло, делясь витой, – а Нории снова поднялся в воздух, полетел вслед за Люком, который уже вился среди падающих скал.
Как же мало свободных лап, как мало так нужной пищи и виталистов, и каждая минута – это чья-то смерть!
Со стороны горы раздавался рев, будто там неслись вниз десятки грузовых поездов.
Снова шлепнулись на берег реки две бараньи туши, поспешно улетел прочь Таммингтон.
Навстречу Владыке стрелой полетел Люк, зажимая в передних лапах двух маленьких драконят.
Они были живы, но без сознания, и их сердца пульсировали едва заметно.
«Боги, боги, – прошипел змей нервно, – это же совсем дети, Нории, я не знаю, что с ними делать! Нам не справиться одним здесь, неизвестно, сколько твоих родичей уже упало с обломками! – И тут же, задрав голову, заорал куда-то наверх: – Прошу тебя, помоги! Я знаю, что тебе невыносимо быть близко к земле, но помоги! Это же и твои братья тоже!»
Сверху в ответ тяжело и обреченно загудело – и Нории увидел, как огромный змеедух завис над вершиной пика.
Гигантский, почти бесконечный хвост его разделился на десятки тонких хвостов-потоков, которые окружили гору, выхватывая из камнепадов драконов – то тут, то там. Сам Владыка, лавируя среди этих потоков, снова направился к озеру – но опять задержался, спустился вниз, туда, где лежал уже почти засыпанный щебнем дракон, потащил его наверх, задыхаясь от пыли, чувствуя, как темнеет в глазах. Но не смог, не хватило сил откатить осколок в три раза больше себя.
Удалось только отгрести в сторону камни и щебень от морды собрата.
Стук сердец драконов, их страх и надежда, беззвучный крик детей подгоняли его как удары хлыста."
"Нории снова поднялся в воздух и полетел к воде, которая так и перекатывалась от края до края. Опустился на дальний от Драконьего пика берег, прокусил себе лапу, подождал, пока ледяная вода дойдет до него – красная кровь смешивалась с ней, уходила на глубину.
«Выходите, – приказал он.
– Именем Матери-Воды призываю вас, вернгла́ссы крылатые, обликом с ней схожие».
Вода забурлила, заходила десятками водоворотов по всей поверхности – и в воздух вырвалось с сотню огромных водяных чаек, размах крыла которых был лишь чуть меньше, чем у самого Нории. Они, текучие и прозрачные, как линзы, зависли вокруг дракона, не двигая крыльями. Глаза были алыми, как у тер-сели, клювы были окрашены красным – его кровью, платой за помощь.
