Зверь был непростой – он шагал вперед, и невидши отползали от него прочь, а то и замирали или бились в судорогах. Он шагал вперед, и император чувствовал то, что не ощущал никогда, – как его ментальное поле складывается, продавливается… Непростой был зверь, нет… верно, один из местных колдунов в шкуре зверя.
Но Итхир-Кас не боялся. Он много зверей насадил на копья, были среди них и побольше, и пострашнее. В груди его разливалось предвкушение.
– Хорошая шкура мне на трон! – крикнул он с усмешкой на одном из языков этого мира.
Зверь рыкнул, и виски императора Лортаха сдавило – пока не ударом, нет, всего лишь пробой удара. В рычании послышалась и ответная, непривычная Итхир-Касу насмешка, и еще более непривычное снисхождение. Очертания колдуна стали меняться, и перед императором встал величественный и седой старик в золотистых одеждах.
Пока он менялся, давление его разума снизилось – и тут же бросились на противника со всех сторон невидши, однако колдун выставил ладонь вперед, и верные охранники императора Лортаха повалились на землю, корчась, как корчились до этого его противники.
– Не трожьте его, он мой, – велел Итхир-Кас, с удовольствием спешиваясь. Наконец-то достойный противник. – Ты силен, колдун, – проговорил он, вкладывая меч в ножны. – Но я сильнее. Я не оставляю врагов рядом, но мне нравится твоя сила. Поклонись мне, служи мне, и я подарю тебе жизнь.
– Руки твои обагрены кровью моих людей, – певуче сказал колдун на странном языке, который Итхир-Кас воспринимал с трудом. – Ты пришел на мою землю и привел созданий, которые не должны существовать! – он выставил руки вперед, и с каждым словом на плечи императора Лортаха словно ложилось по каменной плите. – Я – Ши, правитель этой страны, и мы не кланяемся никому, кроме своих богов!"
"Ментальная защита Итхир-Каса дрогнула, прорвались ближе к нему воины противника, и вокруг началась рукопашная.
Император Лортаха поднял руки, нанося ответный удар, отражая давление, которое замедляло мысли, заставляло голову болеть, а кровь – пульсировать в висках. Колдун побледнел, ударил в ответ – и по грязи от поединщиков покатились волны, сбивая бойцов и инсектоидов на землю. Приходя в себя, они снова бросались друг на друга.
