И, похоже, спал. Принцессу это так изумило, что она едва удержалась от желания тронуть его за нос, чтобы убедиться.
— Он спит, — неверяще сообщила она Тротту.
— Правильно делает, — глаза лорда Макса светились в темноте ядовито-зеленым. Он кашлянул. — Вам тоже не мешало бы. Сейчас от нас ничего не зависит. Землетрясение рано или поздно кончится, и если мы выживем, нам нужно будет идти дальше.
— Да как тут можно заснуть? — возмутилась Алина, но Тротт уже сомкнул веки.
Тряска по всем природным правилам должна была уже закончиться — но почва продолжала содрогаться лишь чуть слабее, чем раньше.
Принцессе начало казаться, будто она лежит на гигантском вибрирующем барабане, но она вдруг зевнула, зажмурилась... и ощутила, как мягко уплывает в сон.
Ночью она еще раз проснулась под оглушительный грохот. Снаружи выл ветер, земля тряслась слабее, но все равно ощутимо.
— Спите, — сказал ей на ухо Тротт. — Скорее всего, наш папоротник сломался.
— Точно сломался, — подтвердил из-за спины голос Четери.
Дракон перевернулся на другой бок, спиной к Алине, поджал ноги, звучно зевнул и снова затих.
Принцесса сильнее вцепилась в руку Тротта.
— Мы все ненормальные, лорд Макс, да? — громко зашептала она. — Это же ненормально, что мы так спим сейчас?
— Все полезное нормально, — сказал он, поворачиваясь к ней лицом и накрывая крылом — земля затряслась сильнее, снова затихла. — Психика отключает все лишнее, Алина. Чтобы мы по-настоящему не свихнулись.
Потом пойдет компенсация, конечно, но это потом, когда опасность будет позади.
Она помотала головой и глубоко вдохнула.
— Иногда мне кажется, что это какой-то затянувшийся кошмар, — проговорила она едва слышно. — Когда я думаю, что ничего страшнее произойти уже не может, случается что-то, что и вообразить было сложно. Только от кошмара можно проснуться…
— А сейчас можно заснуть, — проворчал Тротт и сунул ей ладонь под крыло, погладил пальцами пух.
— Но иногда в кошмаре бывают и приятные моменты, — прошептала она, млея.
Потянулась ближе, едва от тряски не ткнув носом ему в глаз, поцеловала куда-то в щеку. Он усмехнулся, ничего не ответив, и закрыл глаза. И Алина закрыла тоже.
Макс Тротт
Макс проснулся от кашля тогда, когда сквозь корни уже пробивался солнечный свет. Почва продолжала содрогаться, но землетрясение выдохлось, и толчки ощущались вдесятеро слабее тех, что были ночью.
Четери под папоротником не было.
