"
"В час тридцать Александр уже стоял у драконьего посольства Теранови рядом с взволнованным и очень разговорчивым мэром (господина Трайтиса предупредили на случай, если Владыка прилетит раньше) и смотрел, как стрелой, невиданно быстро, приближается вылетевший из-за гор дракон. Он приземлился, чуть не сбив ожидающих с ног порывами ветра: со спины его соскользнули трое воинов, а по меньшей мере пара десятков остались сидеть меж шипов гребня.
— Владыка, привествую вас! — крикнул мэр, поклонившись. — Мы приготовили для вас напитки и угощение, — он повел рукой в сторону посольства, — отдохните хотя бы полчаса!
— Некогда, — трубно и рокочуще проговорил дракон.
Повернул огромную башку к Александру, кивнул ему — они встречались и на королевском совете, и на семейном совете Рудлогов в покоях принцессы Алины, когда в университете произошла ее инициация и выброс на Лортах, спровоцированные смертью Белых королей.
— Пусть хранят тебя боги, маг, — прогудел дракон. — Я принес тебе хорошую подмогу. Под твою руку поступают Мастер Юнеди, Мастер Ити и Мастер Киноли, — он повел головой в сторону подошедших к Алексу драконов.
— Надеюсь увидеть тебя в Истаиле, когда на Туре воцарится мир, а твой темный друг и Мастер Четери будут рассказывать нам историю своего путешествия.
— Пусть так и будет, Владыка, — почтительно ответил Александр, и дракон, взмахнув крылом, молнией поднялся в небо.
— Приветствую, — обратился он к воинам, протягивая руку, и те, странно глядя на нее, по очереди коснулись его пальцев пальцами.
Он улыбнулся — вот и первое столкновение культур.
Драконы рассматривали его, а он рассматривал их. Похожи и непохожи одновременно: видишь различия, как только начинаешь привыкать к экзотичной почти белой коже с орнаментом ауры и удлиненным зеленым глазам.
Юнеди Игириан — пониже Четери, пошире, лицо словно чуть вдавленное внутрь, орлиный нос, скулы, красные волосы, едва-едва пробивающиеся на голове. Оба его спутника поизящнее, у Киноли отрастающие волосы оранжевые, у Ити — красные, светлая родинка на щеке.
Все одеты в свободные рубахи чуть выше бедер, с вырезами по бокам, шельвары, мягкую обувь. Из оружия только ножи на поясах, из вещей — мешки на веревках, переброшенные через плечо. От всех троих веет спокойствием и внутренним достоинством.
— Может, хотя бы вы, господин Свидерский, и господа воины разделите с нами стол? — подал голос мэр.
— Некогда, — повторил за Владыкой Алекс и открыл Зеркало в расположение боевых магов между Мальвой и Милокардерами.
