Тем более не подозревала, что сама когда-нибудь может стать ключом к их разгадке.
Течение её мыслей прервал какой-то крик снаружи. Встрепенувшись, малышка больно ударилась рожками о стенку комода и чуть не свернула на пол взятую тайком лампочку с огнешёлком. Успела подхватить лишь в последний момент и вздохнула с облегчением. Если подпалить материну книгу, то лучше уж и весь дом заодно, чтобы скрыть следы, – риск будет не больше.
Крик раздался снова, и она с любопытством высунулась наружу, но тут же спряталась обратно, прикрывая лампу крылышками – на кухне загрохотали тяжёлые шаги.
– В улье… изменник! – монотонно отчеканил материнский голос… но в то же время какой-то чужой. – Не дать… изменнику… уйти!
Сверчок затаила дыхание, перепуганная насмерть. С кем разговаривает мама? Почему она говорит так… странно?
Новые шаги… должно быть, Кузнечик, дома больше никого нет. Однако разговоров не последовало – обе драконихи тут же выбежали вон.
Приотворив дверцу, малышка выглянула снова. На кухне никого, но с улицы доносится топот множества драконов.
В споре любопытства со страхом, как почти всегда у Сверчок, победило любопытство. Она поглубже засунула книгу, подняла лампу и выскользнула из комода, торопясь к лестнице наверх, к материному кабинету, откуда открывался вид из окна.
Сама улица выглядела как всегда, Сверчок летала по ней каждый день. Древокаменные стены, выложенные бирюзовой мозаичной плиткой, блестят в свете огнешёлковых фонарей. Аккуратно ухоженные садики тут и там, тротуар с линией из чёрных камушков, чтобы драконята не заблудились по дороге в школу и обратно.
"
"Однако вместо мирных и вежливых соседей, которые чинно прогуливались в это время, Сверчок увидела внизу настоящую армию, ощетинившуюся клыками и когтями. Выражение «массовые беспорядки» она узнала позже, когда подросла, но и оно не очень подходило: толпа на улице не бурлила, не шумела, а двигалась организованно и в зловещей тишине, окружая беглеца и методично отрезая ему все пути отступления.
Он скорчился в центре воинственного круга, прижав к телу полосатые чёрно-красные крылья.
Уже в годах, старше большинства знакомых малышке драконов. Лет сто, наверное. Довольно крупный, с тусклой чешуёй, он двигался утомлённо и медлительно, словно болели кости.
– Отпустите меня! – В чёрных глазах его мелькнула мутная белизна. – Я никому не угрожаю, просто не хочу быть, как все.
– Не положено! – ответила размеренным хором драконья толпа.
Такие же странные голоса, как был у мамы… но не только.
