"
"Линия побережья едва виднелась внизу, и Сверчок была очень рада, что путь предстоял недалекий.
Держась впереди и показывая дорогу, она то и дело оглядывалась на Синя. В первый раз всегда нелегко, тем более в такую грозу.
Сама она впервые летела под дождём на школьной тренировке, и это было очень неприятно, причём даже больше не из-за погоды. Одноклассник Бомбардир, почему-то уверенный, что она влюблена в него, просто достал её тогда своим покровительственным отношением. Очень хотелось взять его и швырнуть об стену.
Она вспомнила, как пыталась стряхнуть дождевые капли с задней пары крыльев, а Бомбардир парил сверху и сыпал ненужными советами.
– Отстань, сама справлюсь! – не выдержала она наконец.
– Не старайся впечатлить меня своей самостоятельностью, Сверчок, – снисходительно ухмыльнулся он. – В этом смысле ты мне всё равно неинтересна.
– Можно подумать, ты мне!
– Ну конечно, кто бы сомневался… – протянул он с самодовольной иронией и удалился, оставив её горько сожалеть об отсутствии яда в когтях.
Синь являл собой полную противоположность Бомбардиру: не имел понятия о своих достоинствах и не ожидал особо ничьей любви. Зато всегда старался понять чувства других драконов, кто бы они ни были.
Опасения Сверчок оказались напрасны: ветер и ливень не так уж мешали дракончику управляться с новыми крыльями. Великолепие их мерцающей синевы нисколько не мешало прочности, и он махал ими размеренно и сильно, как будто летает всю жизнь. Каждый раз, оборачиваясь, Сверчок встречала его милую застенчивую улыбку, словно сама была причастна к радости парения на высоте.
Ах, Синь! Она никому не позволит втравить его в смертоубийство. Надо остановить королеву Осу, не дать ей больше управлять разумом ядожалов, а затем использовать огнешёлк, чтобы сделать мир лучше для всех!
Уже скоро вдали показались сияющие огни улья Златки. Огнешёлковые фонари горели почти во всех окнах, а когда путники подлетели ближе, то заметили на одном из верхних ярусов оживлённую вечеринку. Драконы весело кружились в танце, красно-чёрная и золотистая чешуя мешалась с блеском сапфиров и изумрудов на фоне алых и тёмно-синих шёлковых гобеленов.
Сверчок однажды заглядывала с сестрой в щёлочку, когда на таком же балу танцевала их мать. Она не пропускала ни одного светского приёма, стараясь сблизиться с правительницей своего нового улья. Золочёные осы на стенах так сверкали, что заболели глаза. Кузнечик принесла ей бокал шипучего напитка. Вкус отдавал лимоном, и сразу захотелось спать.
