Когда он ведет себя как ледяной босс — намного проще его ненавидеть.
- Как тебе Москва? - спрашивает Дымов. - Познакомилась уже с кем-нибудь?
Глава 13"
"Меня прошивает новой иглой ностальгии по тому, что когда-то имело место в моей жизни. Ну до чего же все несправедливо! Неужели мой страх перед тем, что у матери отнимут ребенка оказался такой серьезной ошибкой? За что ты так со мной, Андрей? Я должна была поговорить, поделиться, донести свои чувства, но… Увы. Теперь имеем то, что имеем.
- Да, немного, - отвечаю с грустной улыбкой, желая поскорее оказаться дома, чтобы не видеть любимое лицо, не вспоминать о своих чувствах, которые похоронила.
- А коллектив? - продолжает допрос Дымов.
- Все замечательно, Андрей, - вонзаю ногти в ладонь.
Андрей замечает этот жест и недовольно поджимает губы, а я отворачиваюсь к окну.
- Тебе неприятно мое общество? - спрашивает спустя паузу.
- Дело не в этом. Просто… Не важно.
Не скажу же я ему, что вспоминаю о том вечере в казино, когда он разбил другу лицо за то, что тот посмел ко мне прикоснуться под столом? Что очень сожалею о своей лжи, что у меня есть дочь, которая вскоре начнет задавать вопросы “Где мой папа, мам?”.
Господи… Как же все сложно и запутано. На одной чаше весов деньги и возможность быть независимой, а на другой вечные терзания и муки совести.
- А вообще-то важно, Андрей, - с вызовом поворачиваюсь к нему, вспоминая еще один момент: как назвала его в отместку именем погибшего мужа, когда он хотел получить от меня близость. - Я сильно раскаивалась в своей лжи из-за тех таблеток.
Но все совершают ошибки. Кто-то подогревает свои страхи и наступает на горло собственным принципам, подписывая ужасные контракты, а кто-то разбивает чужое сердце, выбрав себе лекарство от любви в лице другого человека, да? Я не хочу делать вид, что всё нормально, потому что это не так. Я согласилась на эту должность из-за денег. Хочу построить карьеру и встретить человека, который полюбит меня без какого-либо контракта или из-за того, что я на кого-то там похожа.
Мои щеки пылают. Может, Дымов уже и забыл об этой истории, а я как дура распинаюсь, говоря эти слова с опозданием на три года. Но пусть так! Зато мне теперь стало в разы легче.
Замечаю, что стрелка спидометра ползет вверх, а руки Андрея сжимают руль до побеления костяшек. Дымов собирается что-то сказать, но его телефон в подставке подает признаки жизни. На экране высвечивается имя его жены и боль с новой силой обжигает грудную клетку.
Вот и поговорили.
