Пора бы привыкнуть, что в любой момент мы можем пересечься. И смириться с тем, что прошлое нужно оставлять там, где ему и полагается быть.
- Мама! – радостно кричит Танюша, увидев меня среди толпы.
Торговый центр переполнен, но дочка сразу же меня замечает.
Присев на корточки я крепко её обнимаю. Золотая моя девочка. Надеюсь, она понимает, что я много работаю для нашего же блага. У нас будет всё. Обещаю.
- Здравствуй, солнышко. Как дела?
Таня рассказывает, что гуляла с няней в песочнице и познакомилась там с новой подружкой по имени Алина.
- Какое красивое имя! Ты хорошо себя вела?
- Арина, - поправляет Елена Васильевна с улыбкой. – Девочку звали Ариной.
Я смеюсь, потому что дочка пока не выговаривает букву «р», но для её возраста это вполне нормально.
- Танюша вела себя просто замечательно, - хвалит няня. – И кушала, и гуляла. И поспала в обед.
- Моя ты хорошая! – целую дочку в щёку. – А пойдем в игрушечный магазин? Мама купит тебе всё, что захочешь!
Таню не приходится долго упрашивать. Одну ладошку она вкладывает в мою руку, другую в руку Елены Васильевны.
- Нет, золотце. Няня уже уходит. Ей пора домой.
- Да мне всё равно некуда спешить, - пожимает плечами женщина. – Если не возражаете, я немного с вами прогуляюсь.
- Конечно! – подхватываю я.
Няня не слишком много о себе рассказывала. Лишь то, что её единственный сын назад улетел на учёбу в Австрию. Он много работает и путешествует, мать в гости очень и очень редко приглашает, и сам не приезжает. В последний год и вовсе забывает звонить.
Мы проходим мимо ярких витрин, много болтаем. Я думаю о том, что ужин подождёт. В конце концов, я не робот. Закажу доставку на дом.
Увидев красочный магазин с детскими товарами, Танюша высвобождает руку и резко срывается с места. Вот егоза! Я кричу ей вслед, няня тоже подхватывает. Дочка оборачивается в нашу сторону и… врезается в какую-то женщину, мирно болтающую по телефону.
Мы с Еленой Васильевной тут же подбегаем к месту происшествия. Дочка всхлипывает, но не плачет.
Держится изо всех сил.
Няня приседает и спрашивает, не болит ли у Танюши голова, а я тем временем помогаю поднять пакеты с покупками, которые от страха уронила женщина.
- Простите! Она не хотела! - тут же оправдываюсь.
Я протягиваю женщине пакеты и, подняв взгляд, обмираю. Это Людмила. Людмила Вячеславовна, мой бывший руководитель.
Она переводит недовольный взгляд на меня, Танюшу и Елену Васильевну и недовольно кривит губы. Сердце громко стучит в грудной клетке.
