Господи, стыдно-то как…
— Так вот, я за вами наблюдал все это время, по долгу службы, как вы понимаете… И выяснил, что у вас сейчас довольно стесненное материальное положение… Подождите, — он поднял руку, останавливая меня, потому что я уже хотела прервать унизительный разговор, — я не предлагаю вам денег. Ни по поручению… Сами знаете, кого. Ни по своей инициативе. Просто так получилось, что, пока я за вами наблюдал, у меня в самом деле секретарь нашел себе другую работу, и возникла необходимость… А вы, что бы там ни говорил Пуз… То есть, Максим Юрьевич, очень быстро работаете.
За это время я видел по крайней мере три случая того, насколько моментально вы вникаете в работу, в новую деятельность. И мне это подходит. Поймите, я сейчас действую не по приказу, — он помолчал, раздумывая, — от него вообще ни одного приказа не исходило по поводу вас… Я просто заинтересовался тем, как вы работаете. И ничего другого. Я предлагаю вам работу в своем отделе.
Зарплата… — тут он назвал сумму, ровно в три раза выше, чем моя нынешняя зарплата.
Я молчала.
Я прекрасно понимала, что это ловушка, что это неправильно. И что мне нельзя соглашаться. Хоть и деньги хорошие. Хоть и работа явно будет лучше, чем у меня сейчас. И, несмотря на то, что Сергей Витальевич явно видел ту ужасную сцену в лифте, было заметно, что никаких особенных эмоций он ко мне не испытывает. Все же такие вещи чувтсвуются. Да и не питала я иллюзий по поводу своей внешности.
Не модель. Чего уж там. Непонятно, на что Паша так возбудился. Наверно, вкус нестандартный. То-то я его ни разу ни с одной женщиной не видела. И слухов в офисе не ходило о нем никаких… Не плейбой… И этот… Сергей Витальевич, тоже явно не ходок.
Так что ничего мне особо не грозит. Все равно работать уже невозможно в бухгалтерии, главбух словно с цепи сорвался. Может, просто выжить меня хочет. Особенно, если тоже что-то знает.
Или приказ получил от… Хотя нет, это я уже загнула. Носорог так мелко не ходит.
Заманчивое предложение. Но соглашаться я на него не буду. Нет. Слишком риск велик. И слишком уж оно… Заманчивое.
Я постаралась вложить максимальную вежливость и в то же время категоричность в свой отказ. Сергей Витальевич попросил подумать еще, и тронулся дальше.
Больше мы с ним особо не разговаривали по дороге, так, обменивались малозначащими фразами.
