Наконец подхватила меня под руку, и мы спустились в гостиную, где нас давно поджидали наши кавалеры.
Гейл Баркли и Матис Друсмейкер.
Несмотря на опасения целительниц, Матис все же явился с хилым подобием бутоньерки, которую он соорудил, подозреваю, по дороге к общежитию, оборвав куст цветущей круглое лето сирени.
Гейл, в отличие от него, постарался на славу.
Уж и не знаю, что это были за цветы, но они ярким пламенем алели на груди его парадного камзола. К тому же, он протянул букетик еще и Лоурен, которая вполне благосклонно приняла подарок.
Я же, почувствовав себя матерью сына-переростка, до сих пор нуждающегося в заботе в свои двадцать с лишним лет, вздохнув, сунула Матису в руку сделанную целительницами бутоньерку из гиацинтов.
– Хотя нет, давай-ка я сама ее приколю! – заявила ему. – Вот так… Так будет лучше!
Затем Матис предложил мне локоть, и мы с ним, вздыхая и прихрамывая, выбрались наружу из общежития и потащились к Старой Башне. Два развалины, чудом пережившие землетрясение…
Вернее, урок по Боевой Подготовке у магистра Арендала.
К тому же – страшно подумать! – эти самые уроки ждали меня каждый вечер, начиная с завтрашнего дня.
От этой мысли меня передернуло, но я запретила себе думать о плохом, решив вместо этого старательно верить в хорошее.
Например в то, что у меня откроется второе дыхание, и я стану бегать кроссы у магистра Арендала с такой же легкостью, с которой Семен Бадров размахивал мечом и раскидывал своих соперников.
А еще в то, что обидевшие нас с Бельгашем девицы получат по заслугам, затем меня возьмут в команду академии, и я поеду в Даргашш.
Признаться, несмотря на все выходки высокомерных драконов, мне хотелось увидеть легендарный континент собственными глазами. Но перед этим я хитрым способом просочусь в Эрата Фар Арента и вытащу из щупалец мерзкого братства своего Тобиаса!..
Правда, до всего этого пока еще было далеко, а вот до подсвеченной магией Старой Башни оказалось довольно близко.
По дороге я несколько раз ловила себя на мысли, что не только студенты, но и сама академия преобразилась, словно проснувшаяся от поцелуя прекрасного принца Спящая Красавица.
Садовые дорожки были украшены разноцветными фонарями, над ними порхали магические бабочки всевозможных расцветок, а на газонах тут и там загорались, высовываясь из земли и распахивая соцветия, магические цветы невероятных оттенков и форм.
Все было настолько красиво, что я крутила головой, не забывая высказывать свое восхищение.
