Если в нашей группе есть хоть одна фитнес-няша с кубиками пресса – я удавлюсь… Или лучше няшу удавлю!
Я с омерзением прихватила пресловутую складочку пальцами, которые предательски соскользнули… Складочка не стала меньше: она всё ещё была слишком заметной. Просто пальцы немного замёрзли и потеряли чувствительность.
Я бы, конечно, снова поистерила…"
"Но… Там, снаружи, шёл парень, который набил себе что-то под комбинезон, а теперь, нежно поддерживая свою ношу руками и осторожно ступая по земле, напоминал беременную женщину.
Я слезла с кровати и нерешительно прилипла к окну, наблюдая, как этот мой собрат по несчастью двигается к своей капсуле.
- Вот видишь, кто-то уже занят делом! – подала голос проклятая СИПИН. – А ты всё сидишь и плачешь, теряя запас биологических жидкостей. И даже не поела.
- Почему ты так настойчиво советуешь поесть?! – возмутилась я. – Хочешь, чтобы я стала совсем жирной?!
СИПИН вводила меня в заблуждение своим бодрым женским голосом.
Она напоминал одну из тех подружек, которые постоянно советуют какие-то гадости – и которых постоянно надо ставить на место, не давая им забыть о том, что ты не забыла, какие они на самом деле.
К сожалению, СИПИН даже такой подружкой не была. Она была роботом, а потому совершенно не умела смущаться или тушеваться. А ещё СИПИН выдавала в ответ совсем не те реакции, которые выдают приличные дуры-подружки.
- Не думаю, что на рационном питании можно, как ты выразилась, стать совсем жирной, – заметила СИПИН. – Хотя, полагаю, набрать жировую прослойку тебе бы не помешало. Всё-таки она неплохо защищает от холода.
- Завали, дура… – «ласково» попросила я.
- Не думаю, что определение «дура» подходит тому, кто знает в тысячу раз больше, чем ты сама! – совершенно по-человечески фыркнув, отозвалась СИПИН.
- Слушай, ну попросила же: завали! И без тебя тошно… – буркнула я, не желая спорить с навязчивой программой, и немедленно перевела тему: – Что он себе под трико набил?
- Не могу тебе рассказать, лишая радости новых открытий, – отозвалась СИПИН.
– Выйди и сама спроси!
- Ой-ой-ой… Не может она!.. – пробурчала я.
Да, Анна Викторовна… Была ты обычной дурой, а стала умалишённой дурой. Уже не просто споришь с голосами в своей голове, а даже просишь их заткнуться.
