А сколько он прослужит? Медь – материал мягкий… В лучшем случае, успеешь на новый топор накопить. И опять на медный.
- А ты хочешь иначе? – задумчиво кивнул Сочинец. – Взять пока то, что позволит в неограниченном количестве делать топоры из камня… А когда появится медь – из меди. А когда узнаем, как делать бронзу – для производства бронзы.
- Как я понимаю, инструкцию по бронзе мы можем купить у СИПИНа, – вспомнил я.
- Совершенно верно! Памятка по работе с бронзой стоит тысячу баллов развития, – немедленно отозвался СИПИН.
И, похоже, говорил для всех присутствующих. – Подробные инструкции – пять тысяч баллов.
- Вот видите! – обрадовался я не ценам, но подтверждению своих мыслей. – Нет смысла тратить баллы на то, чем попользуешься и выкинешь! Надо тратить баллы на то, что позволит нам осваивать новые навыки. Научимся работать с камнем и костью, перейдём дальше, освоим металлы, ткачество, ещё что-то…
- Гончарное дело! – вспомнил Трибэ.
- Не суть! Это всё нам ещё надо вспомнить, – кивнул я, соглашаясь. – И на Алтаре надо брать то, что поможет нам в производстве.
Не конечный продукт.
- Верное замечание! – кивнул Сочинец. – Все согласны, что это лучший вариант?
Удивительно, но никаких возражений не было. В основном, даже звучала горячая поддержка моей идеи.
- Ну что ж… Тогда так и поступим! – кивнул Сочинец. – И попробуем вторую половину группы в том же убедить. В конце концов, как недавно Туз на переговорах вещал, мы тут все в одном дерьме варимся. Нам ссориться не с руки.
Я бы возразил, что Туз это вещал, потому что себе преференции пытался выбить.
Но ведь вещал, в самом деле. Так что формально Сочинец был прав."
"Обсуждение не затянулось надолго. Наступал вечер – с холодными порывами ветра, с понижением температуры. А большинство из нас ещё не могли нормально утеплиться. Так что пока позволяла погода, все отправились на похороны двух погибших девушек.
Могилы в стылой земле получились неглубокие. Не уверен, что удалось даже на полметра выкопать. Причём, рыли рядом с первой могилой: там ещё оставалось место.
Трупы погрузили в ямы, а затем споро принялись засыпать землёй и камнями.
Каждый в этот момент мог поразмышлять о многих вещах: о бренности бытия, о судьбах мира, о своём поведении. Мне было немного грустно от того, как глупо погибли эти женщины. У них будто отключился инстинкт самосохранения, который в норме заставляет бороться за свою жизнь до конца.
Одна покончила с собой, а две других просто замёрзли, так и не выбравшись к людям.
