В первый мой вечер в Элефсине я сломала защиту и влезла в голову Артемису Баррету. Там я увидела нечто такое, что поразило меня до глубины души.
Ну, помимо его отвратительных мыслей и высокомерного отношения к людям.
В деталях то видение я не запомнила, но оно до сих пор не давало мне покоя. Закрутившись, я решила разобраться с ним позже, а сейчас подумала, что не помешает воскресить его из памяти.
Правда, говорить об этом Даррену не стала. Не была до конца уверена, что у меня получится.
– Моллен знает тех, кто может быть нам полезен, – добавил он.
– С парой из них я уже встретился и поговорил, но…
– Судя по твоему лицу, узнать тебе ничего не удалось, но ты не теряешь надежды. На эти встречи, твои расчеты и работу в архиве у тебя уйдет все время до начала последнего испытания, так что видеться мы с тобой сможем лишь тогда, когда ты соизволишь выкроить для меня пару минут из своего сложного графика, – подытожила я.
– Брук, что с тобой не так? – растерялся Даррен. – Неужели ты не понимаешь, что я делаю все это на благо…
– На благо Аренты или же на благо Моллена? – спросила у него, и мой голос прозвучал довольно резко.
– Давай-ка я угадаю – судя по всему, Моллен убедил тебя в первом, но на самом деле ты работаешь на второго.
Ответом мне стало длительное молчание, но я никуда не спешила.
– Ты изменилась! – наконец, констатировал Даррен. – Но я пока еще не понимаю причину произошедшего.
– Ты прав, – согласилась с ним, – я изменилась. Ну что же, пожалуй, пришла пора тебе понять эту самую причину.
– Брук…
Именно тогда я обратилась к своей второй ипостаси, попросив у нее о помощи.
Возможно, это был тот самый Зов, которым вчера вечером пробовал отыскать ее Адриан, но, скорее всего, я изобразила нечто совсем другое.
Свое собственное.
Нырнула в неизведанное с головой, но долго искать мне не пришлось. Моя вторая ипостась тотчас же откликнулась и потянулась навстречу.
Меня пнули раз, затем другой, после чего внутри меня отчетливо завозились. Настолько, что повеяло драконьей магией – я ощутила, как она потекла по моим рукам.
Даррен тоже это почувствовал, потому что переменился в лице и отпрянул.
– Ну что же, теперь ты видишь, насколько сильно я изменилась, – сказала ему, уставившись в потускневшее лицо своего бывшего возлюбленного.
Бывшего, потому что мой приговор отчетливо читался в его глазах.
Но, быть может, я ошиблась, и все еще можно исправить?..
– Я понятия не имею, что сделал Веспер Саммерс со своими детьми и был ли он мне отцом.
