Ривер с мрачным выражением лица вертел бумажку в пальцах.
– Или можешь выбросить ее, – предложил я. – Или сжечь. Или написать номер на стене душевой для мальчиков и подписать: «Хочешь хорошо провести время, звони…» Реклама наше все.
Ривер уставился на меня так, словно у меня выросла вторая голова, а затем рассмеялся.
– Ты чокнутый.
– Постоянно слышу это слово, – отозвался я, его улыбка заставила и меня улыбнуться."
"Прозвенел звонок и разрушил момент. Класс начал собирать свои вещи, пока мистер Рейнольдс бубнил о предстоящем домашнем задании.
Ривер собрал свои вещи. Он не сказал больше ни слова и надел свою форменную куртку.
Мой номер телефона отправился в карман.
Миллер, нахмурившись, наблюдал, как я протискиваю стул с высокой спинкой в дверной проем Хижины.
– Он ни за что не влезет.
– Мне все так говорят, – ответил я и развернул огромный белый стул боком, чтобы он проскользнул в узкую дверь. Я сел, лучезарно улыбаясь своим друзьям. – Идеально, верно?
Ронан и Миллер переглянулись. Оба они были потными и покрытыми песком от того, что большую часть дня помогали мне тащить стул из ближайшего к пляжу переулка в Хижину.
– И вообще, зачем тебе стул? – возмутился Ронан. – У нас есть скамейка.
– Не буду я сидеть на треснутой деревянной доске, на которую наверняка лет сто назад помочился какой-нибудь пират.
Миллер закатил глаза.
– С твоей логикой не поспоришь.
Мы втроем оценили взглядами наше маленькое убежище. Кресло занимало в Хижине довольно много места, но оставалось еще достаточно, даже с учетом остальных улучшений, которые я сделал за последние несколько дней: сверхмощный походный фонарь, мини-холодильник с генератором для выпивки и перекусов, необходимых Миллеру для поддержания уровня сахара в крови, и старый ящик с висячим замком.
Дольше всего взгляд Миллера задержался на нем. Новый хахаль его мамы был сволочью с большой буквы, и парень опасался за безопасность своей гитары после того, как на днях поймал Чета с ней в руках. Я купил ящик, чтобы Миллер мог хранить инструмент в безопасности и не таскать его повсюду с собой.
Он посмотрел на меня с благодарностью.
– Стул не так уж плох.
На душе потеплело, и я отвернулся. Все еще не привык иметь настоящих друзей, и мне приходилось постоянно напоминать себе, что не стоит слишком привязываться. Прошло всего несколько дней. Еще слишком рано, чтобы Миллер и Ронан ко мне привыкли.
– Пива? – предложил Ронан, склонив свое огромное тело над мини-холодильником.
Я постучал по фляжке в кармане.
