Освежишься после сна, а то вечером спать не полезно. Голова заболит. Я уж разбудить тебя хотел, но ты так сладко посапывала, что не решился. Иди, искупнись.
Мысль о том, что он заходил в домик и смотрел на нее, спящую, тоже волновала. Василиса вдруг рассердилась на себя за подобные глупости, рывком стащила через голову сарафан и решительно пошла в теплую, ласково принимающую ее воду, благо, собираясь на остров, надела купальник еще дома.
Вальтер, прищурившись, смотрел ей вслед. У нее была ладная фигурка – тоненькая, но не худая, с достаточно крепкой попкой, упругой грудью размера эдак второго, тонкая длинная шея с трогательно спускающимися по ней завитками стриженых русых волос.
Он не любил женские стрижки, ему всегда нравилось, когда волосы были длинными, тяжелыми, спускающимися ниже выступающих острых лопаток, но ей, он не мог этого не признать, стрижка шла, делая образ совершенным и законченным. Она была независимая, самостоятельная, выросшая в деревне девчонка, но при этом очень женственная и элегантная, с присущей очень немногим врожденной утонченностью не только черт, но и движений.
Глядя, как она идет к воде, аккуратно пробует ее ногой, не торопясь и не жеманясь, входит в реку, скрывается в ней по талию, ложится на воду и плывет, делая аккуратные взмахи и не поднимая брызг, он испытал эстетическое удовольствие, тут же перешедшее в непроизвольное желание. Он крякнул, вспомнив, что однажды уже видел ее купающейся. Она была похожа на русалку, чувствующую себя в своей стихии и ничуть не боящуюся воды.
Внучка Василия Истомина действительно хорошо плавала, и Вальтеру отчего-то было приятно, что в копилке ее умений есть и это, в общем-то, привычное для деревенского человека.
Вдоволь наплававшись, Василиса переоделась в домике, натянула джинсы, закатала их к коленкам, и они быстро наловили целую гору раков, смеясь и отчаянно соревнуясь между собой.
Вечерело. Мягкий туман поднимался над рекой, отдающей накопленное за день тепло. Туман стелился вдоль берега, укутывая ноги.
Василиса стала еще больше похожа на речную русалку. Было в ней что-то еще, неуловимое, вызывающее в памяти смутные воспоминания, но, как ни силился Вальтер, так и не мог поймать ускользающую мысль, кого же именно она ему напоминает.
Булькала вода в котелке, отчаянно краснели раки. Вальтер достал из реки отправленные туда охлаждаться бутылки с пивом.
– Я не пью пиво, – отчего-то виновато сообщила Василиса.
– Почему?
– Не люблю.
– Это хорошее пиво, – засмеялся он.
