Он нес ее начищенный таз, причем подхватил его так непринужденно, словно это было само собой разумеющееся дело. – Погодите-ка. Ваша фамилия Истомина? И зовут вас Василиса?
– Ну да, я Василиса Истомина.
– А ваш дед был врачом и жил в Питере?
– Да. Василий Истомин. Меня в честь него назвали, – Вася никак не могла взять в толк, что его так удивило.
– В это трудно поверить, – Вальтер потер рукой лоб, – но у моего деда был друг Василий Истомин. Самый близкий и самый лучший друг. Мне об этом отец рассказывал.
Не думаю, чтобы это было просто совпадение. А у вашего деда был друг Генрих Битнер?
– Не знаю, – честно призналась Василиса. – Видите ли, в нашей семье как-то не принято говорить о прошлом. То есть я, конечно, знаю, что деда сослали из Ленинграда в нашу деревню, что он был солидно старше бабушки, про его фронтовые заслуги знаю, а вот про друзей… Я часто про это думала, когда выросла. Мне кажется, бабушка очень сильно ревновала деда к его прошлому. К той части его жизни, которая прошла без нее.
Поэтому и не рассказывала об этих годах. А может, и сама не знала. Мама говорила, что дед был человеком очень добрым и ее сильно любил, но закрытым. Она его называла «человек в футляре», хотя бабушка за такое определение очень сердилась.
– А вот я как раз очень хорошо знаю как семейную историю Битнеров, так и их друзей, – засмеялся Вальтер. – Для моего отца это как раз самые любимые истории. К примеру, я знаю, что ваш дед в молодости был очень влюблен в сестру моего деда.
Ее звали Анной Битнер, она умерла в блокаду, и он поэтому очень долго не женился. А моего деда вместе с бабкой сослали в Казахстан, а там уже родился мой отец. Его назвали Адольф, Адя.
Адя. Это слово всколыхнуло в Васе давние детские воспоминания. Кукла Адя – белокурый пупс в коротких штанишках и кепочке, сидящий на сундуке в спальне бабушки. Откуда-то всплыло в ее трехлетнем сознании именно это имя, так расстроившее маму. Интересно, какие тайны скрывает ее семья и что общего между историей Истоминых и семьей этого человека, идущего рядом с ней.
Одной рукой он прижимал к себе тяжелый таз, а другой взял Василису под локоть, и в том месте, где его пальцы касались ее оголенной кожи, она чувствовала жжение, как будто прикасалась локтем к раскаленной печной конфорке.
– Расскажи мне про вашу семью, – попросила Вася, – мне правда интересно. Мне кажется, что наше прошлое имеет много общих тайн. И я бы хотела их знать.
