– Эльвира, срочно бригаду на объект четыре-восемь!
Та самая бесцветная сотрудница немедленно сняла трубку со своего телефона и, не набирая номера, проговорила:
– Срочно бригаду на объект четыре-восемь! Красный уровень тревоги! Полный комплект оборудования – да-да, это обязательно… об исполнении доложить!
Мужчина в сером, убедившись, что его распоряжение выполнено, повернулся к Малашкину:
– Я вам чем-то могу помочь?
– Думаю, что можете, – ответил следователь. – Это ведь агентство недвижимости «Инститорис»?
– Да, именно так, – сотрудник агентства подозрительно смотрел на Малашкина.
– А загородной недвижимостью вы тоже занимаетесь?
– Занимаемся, – риелтор бросил выразительный взгляд на большую карту области.
– Очень хорошо! – оживился Малашкин. – Тогда вы мне скажете, занимались ли вы продажей дома в деревне Тарасовка Выборгского района. Это рядом с поселком Лиственное.
– Тарасовка?
Несмотря на очки, глаза у следователя Малашкина были зоркими. И сейчас он сразу заметил, что при упоминании Тарасовки его собеседник напрягся.
– Да-да, деревня Тарасовка, рядом с Суоярвинским болотом, – в голосе Малашкина было ангельское терпение. – Дом большой, снизу облицован серым камнем…
– Насколько мне известно, дом не продается… – медленно проговорил мужчина, и Малашкин готов был поклясться, что в глазах его просматривается беспокойство.
– Ошибаетесь, уважаемый, – сказал он, – этот дом был продан больше месяца назад, сделка зарегистрирована в Выборге.
– Эльвира, выясни… – приказал серый свитер, не отрывая глаз от Малашкина.
Эльвира бешено застучала по клавишам компьютера.
– Виссарион Григорьич! – раздался ее растерянный голос. – Все так и есть, дом продан!
– Продан? – загремел начальник. – И кому?
– Новый хозяин… – начал Малашкин.
– Самые обычные люди, семейная пара… – скороговоркой говорила Эльвира.
– Необладающие? – заорал мужчина, нависая над ней, как подъемный кран над бетонной плитой.
– Так точно, – обреченно ответила Эльвира потухшим голосом, – совершенно необладающие.
Виноваты. Недоглядели.
– Так что там с домом? – Малашкин напомнил о себе.
– Прошу прощения, – мужчина в сером, видимо, взял себя в руки, – мы не занимались продажей дома и ничем не можем вам помочь. Знаем не больше вашего.
Он невежливо отвернулся, склонился к Эльвире и заговорил вполголоса. Следователь Малашкин отличался не только зоркими глазами, но и острым слухом.
– Немедленно перекупить… не допустить… возможно, еще не поздно… – донеслось до него.
Он кашлянул.
