- Прости брат, но с этим, - начал он, бросив быстрый взгляд на его промежность, - нужно будет повременить! У девушки может быть сотрясение!
К такому заключению, Андрей пришёл, после того как осмотрел мои ушибы и задал несколько интересующих его вопросов, о нанесении этих ушибов. Мужчина был ещё молодым, лед тридцати, но очень хорошо разбирался в травмах и в их последствиях. Поэтому, после того, как я рассказала ему о падении на бетонный пол, получив рассечение бороды, он сразу посоветовал мне отдых и покой, посчитав, что после подобного у меня вполне могло быть легкое сотрясение.
После услышанного, Давид опять рассердился, жалея, что не может наказать моих похитителей повторно. И это я ещё не упоминала об ударе в лицо, которым меня наградил бородач!
- Голова не болит? Не тошнит? – тем временем, допрашивал меня этот щепетильный доктор!
- Со мной всё в порядке! – заверяю я с уверенностью
А потом, он приступил обрабатывать мне раны, царапины и ссадины какой-то липкой мазью.
Мне дали парочку таблеток, настойчиво порекомендовав выпить сразу же! Что я и сделала под строгим взглядом Давида! После чего, минут через пятнадцать, я упорно боролась со сном, который нахлынул на меня неожиданно.
Мысленно обругав обломщика-доктора, (который своими наставлениями, предположениями и таблетками, поменял все наши планы, о великолепной ночи), я погрузилась в сон."
"А утром, меня разбудила бесстыдная рука, которая блуждала по моёму телу без разрешения! Ненадолго его хватило!
- М-м, Давид, - стону я с возражением, - дай поспать!
- Детка, я хочу тебя, - шепчет он, и его рука мгновенно оказывается у меня между ног.
Истома ужасная! С трудом удаётся открыть глаза! Словно не спала несколько дней подряд, а теперь, наконец-то заснула, но только на пару часов!
Я мгновенно вспоминаю вчерашние таблетки, которые, наверное, имели снотворное действие, а потом и липкую мазь, которую я сразу ощущаю на себе, когда Давид прикасается к моему телу.
- Андрей сказал, что нужно подождать до утра, - говорит Давид, поглаживая мой клитор, чем мгновенно прогоняет сонливость.
- Уже почти обед! – уведомляет он, жадно впиваясь в мои губы.
- Только после душа, - отвечаю я, хрипло, запуская руку в его волосы. – Я вся липкая!
Так противно ощущать на себе остатки мази.
- Милая, ты хочешь, чтобы мои яйца взорвались?! – возмущается он, отклоняясь. – Я смотрю на тебя с шести часов утра, и примерно с того времени у меня стояк!
Я улыбаюсь его словам.
