Сюэ Чжэнъюн стоял на возвышении, в своем официальном одеянии напоминая железную статую, и с презрением смотрел на людей внизу.
— Глава Ли, я повторяю в последний раз, старейшина Юйхэн в данный момент отсутствует в ордене, но я уверен, случившееся в городе Цайде не имеет к нему отношения. Стоит ли доверять тому, что сказала та женщина, как ее...
Стоявшая в стороне госпожа Ван, прикрыв лицо рукавом, тихо подсказала:
— Хуан[90.3].
— Эй! Хватит озвучивать порнографические[90.3] фантазии этой суки! — патетично возопил Сюэ Чжэнъюн, сделав красивый взмах рукой.
Госпожа Ван: — ...
Кроме учеников, дежуривших на главной площади Пика Сышэн, у входа в Зал собралось больше трех десятков людей. Почти все они были одеты в верхние одежды изумрудного цвета с голубыми рукавами, на каждом была шапка ученого[90.4] из небесно-голубого шелка, у каждого в руках была метелка из конского хвоста для изгнания демонов. Это были ученики восходящей звезды Верхнего Царства недавно образованного ордена Усадьбы Битань[90.
5]. Возглавлявшему эту группу мужчине было около пятидесяти лет. Из-за развевающихся по ветру длинных усов он напоминал сома. Это был никто иной как бессмертный глава ордена Битань Ли Усинь[90.6].
Ли Усинь, покрутив свои длинные усы, насмешливо сказал:
— Глава Сюэ, моя школа так же, как и ваша, идет по пути праведности, поэтому давайте говорить, как разумные люди. Город Цайде был уничтожен после того, как старейшина Юйхэн из вашей школы привел туда своих учеников, чтобы изгнать демона.
Во всем городе только семья Чэнь обращалась за помощью к совершенствующимся. У нас достаточно причин, чтобы подозревать его, и даже вы не можете отрицать, что это дело необходимо тщательно расследовать.
Сюэ Мэн, который стоял рядом со своим отцом, не удержался от брани:
— Твою ж мать! Хватает же совести без доказательств обвинять честного человека! С каких это пор вы лезете в дела Нижнего Царства? Обычно вы просто стоите в сторонке и свысока наблюдаете, как простые люди гибнут.
А теперь, когда что-то пошло не так, виноват мой Учитель? О какой разумности и справедливости тут вообще речь?
— Глава Сюэ, — Ли Усинь не разозлился, а только посмотрел на него с многозначительной улыбкой. — Слава вашего сына достигла Верхнего Царства. Слышал, что люди называют его Птенцом Феникса. Сегодня этот старик, кажется, понял почему...
— Вы!..
