Мо Жань дернул струны пару раз, как и было велено, но те неожиданно завибрировали, диссонируя резким стоном.
Гоучэнь Шангун тут же убрал гуцинь в сторону, и тот вернулся на свое место, а в руках бога оказалась нефритовая пипа.
Мо Жань:
— Давайте просто пропустим это…
«Играть на пипе слишком женственно для меня. Оставьте это для женоподобных мальчиков из Куньлуньского Дворца Тасюэ», — подумал он.
Но Гоучэнь Шангун настаивал:
— Попробуй.
Мо Жаню оставалось только уступить и принять предложенную пипу, но его недовольство было слишком сильно: после первых рывков струна была порвана.
Гоучэнь Шангун уставился на порванную струну и через некоторое время сказал:
— Ты хоть знаешь, что это за струна?
— Вы же не заставите меня заплатить за это?
— Это белый волос богини Ушань. Духовная сущность стихии Земли, которую не порвать ни мечу, ни огню, — пробормотал Гоучэнь Шангун. — Но ты… ты…
Встревоженный Мо Жань повернул голову, чтобы найти глазами Чу Ваньнина:
— Учитель! У меня нет денег, чтобы заплатить ему!
Чу Ваньнин: — .
..
Гоучэнь Шангун покрутил порванный волос богини между пальцами, бормоча себе под нос:
— Элемент земли по природе ослабляется элементом дерева. Раз ты способен уничтожить духовную сущность элемента земли, может быть, больше всего подойдет оружие с древесной сущностью?
— Что?
— Может ли быть так, что… — Гоучэнь Шангун почему-то бросил взгляд на Чу Ваньнина. Тот поймал его взгляд и спросил:
— Что именно может быть?
Бог не ответил, поднял руку и щелкнул пальцами, призывая керамическую окарину.
Он подул в нее, и, когда звук начал постепенно затихать, пространство над ним оказалось расколото кроваво-красным порталом.
— Цзи Байхуа[39.2], выходи.
Голова Мо Жаня дернулась вверх. Сюэ Мэн и Ши Мэй, услышав шум, тоже подошли. Они смотрели, как воздух закружился вокруг кончиков пальцев Гоучэня Шангуна, превращаясь в вихрь, а затем из вихря в ярком сиянии и блеске сверкающего серебра появился дух лисы с пушистыми, роскошными хвостами.
Дух лисы сделал кувырок в воздухе и красиво опустился на землю перед Мо Жанем.
При близком рассмотрении стало понятно, что это самец. С красной точкой между бровями и парой глаз персикового цвета этот лис был довольно хорош собой. Уголки его глаз были слегка приподняты, как будто лис был немного сердит, но из вежливости сдерживал себя. Он был одет в украшенные богатой вышивкой одежды и держал в руках золотую шкатулку. Взглянув на Гоучэня Шангуна, он улыбнулся:
— Шангун.
