Но… какого черта там делает Чу Ваньнин? Что за навязчивая идея была у него по отношению к Чу Ваньнину? Можно ли считать эту безмерную ненависть одержимостью, достаточно глубокой, чтобы проникнуть ему в душу?
Человек и дракон были настолько погружены в свои мысли, что не заметили, как поверхность озера Цзиньчэн начала неестественно пульсировать.
Когда вода поднялась и волны разошлись, было уже слишком поздно.
Все, что они видели, — это как вода разверзлась, будто разрезанная пополам мечом, и устремилась к небесам.
Две плотно сбитые группы животных выбежали из волн. У них были тела леопардов и бычьи головы. Хотя они были не так велики, как старый дракон, острые рога на их головах блестели, а когти были острыми и угрожающими. Хотя вокруг были сотни таких тварей, старый дракон не выказывал никакого страха. Он искоса посмотрел на них своими золотыми глазами.
— Что случилось? — спросил Мо Жань.
Старый дракон сделал паузу, а затем написал:
«Гоучэнь Шангун».
Прочитав эти слова, Мо Жань почувствовал себя так, словно его ударила молния.
Гоучэнь Шангун был богом, повелевающим всем оружием в мире. Этот бог-основатель создал первый меч в мире, чтобы помочь Небесному Императору Фуси уничтожить демонических врагов.
Неужели этот внушающий благоговейный трепет первобытный Бог был на самом деле всего лишь сотней коров?
Эта мысль была слишком ужасна для Мо, чтобы принять ее. Пока он тупо смотрел на этого странного бога, не зная, что и думать, издалека вдруг послышались звуки сюня.
Сюнь была древним инструментом.
Немногие люди в его возрасте уже умели играть на ней. Когда звуки приблизились, галопирующее стадо немедленно остановилось. Согнув передние ноги, они опустились на колени, создавая проход. Человек в роскошных одеждах, подпоясанный длинным мечом, ехал верхом на единороге по тропе, проложенной зверями.
У мужчины было красивое лицо с тонкими и мягкими чертами. Снег падал на его волосы, а ветер развевал одежды. Гладкая глиняная сюнь в его руках светилась, когда он подносил его к губам и пальцы легко касались отверстий.
Когда музыка затихла, сотни волов внезапно растворились в воде как доказательство того, что они были только иллюзией. Человек положил глиняную окарину, перевел взгляд на Мо Жаня и мягко улыбнулся:
— Действительно, этот юноша очень странный, подобных ему я не встречал тысячи лет. Неудивительно, что он вызвал такой интерес у Бугуя. Я Гоучэнь Шангун, живущий в озере Цзиньчэн. Все оружие в этом озере было выковано мной.
