Увидев Чу Ваньнина, хозяин Чэнь и его младший сын бросились к нему с испуганными криками:
— Заклинатель! Заклинатель, спаси нас!
Чу Ваньнин прикрыл их собой и, быстро взглянув на закрытые глаза госпожи Чэнь, выругался:
— Разве я не говорил, что нельзя давать ей спать?!
— Мы не могли наблюдать за ней все время! Здоровье моей жены слабое, поэтому она обычно ложится рано. После вашего ухода она сначала пыталась не спать, но потом задремала и начала сходить с ума! Все время кричит что-то…
Хозяина Чэня била дрожь, он съежился позади Чу Ваньнина и даже не заметил, что на нем свадебный наряд, а на плече зияет рана.
Чу Ваньнин нахмурился:
— Что именно она кричит?
Прежде чем хозяин Чэнь успел открыть рот, чтобы ответить, обезумевшая женщина, оскалив зубы, бросилась к нему, но скорбный крик, сорвавшийся с ее губ, был голосом молодой девушки.
— Бессердечные и бесчестные обманщики! Расплатитесь со мной своими жизнями! Я хочу, чтобы вы все умерли!
— Одержима призраком.
Чу Ваньнин оглянулся на господина Чэня и резко спросил:
— Вам знаком этот голос?
Губы хозяина Чэня задрожали, взгляд заметался из стороны в сторону.
Нервно сглотнув, он взмолился:
— Заклинатель, пожалуйста, спаси нас! Умоляю, изгони призрака!
К этому времени госпожа Чэнь была уже в нескольких шагах. Чу Ваньнин поднял здоровую руку и указал на нее — молния мгновенно ударила с небес и заперла госпожу Чэнь внутри барьера.
Чу Ваньнин холодно взглянул на хозяина дома:
— Неужели вам не знаком этот голос?
Хозяин Чэнь отчаянно замотал головой:
— Я правда не знаю! Я не знаю!
Чу Ваньнин больше не стал тратить время на слова.
Он вытащил Тяньвэнь и связал мадам Чэнь по рукам и ногам.
Если бы он мог выбирать, то лучше бы связал хозяина Чэня. Допросить его было легче, и информация была бы более полной. Но у Чу Ваньнина были свои принципы: он не использовал Тяньвэнь для допроса простых людей. Поэтому, пропустив легкую цель, занялся допросом призрака в теле госпожи Чэнь.
Допрос призраков отличался от допроса людей.
Если Тяньвэнь допрашивала смертного, то избегая боли, он просто не мог солгать. При допросе призрака нужно было сформировать ограничивающий барьер, который отрежет Чу Ваньнина и допрашиваемую душу от остального мира. Внутри барьера дух сможет обрести свою прижизненную форму и рассказать Чу Ваньнину правду."
"Тяньвэнь внезапно ярко вспыхнула: свет прошел вдоль лозы от руки хозяина до госпожи Чэнь.
