Царапая и разрывая, когти призрачной покровительницы браков впились в плоть Чу Ваньнина.
Ее глиняная голова могла отличить живого от мертвого только на слух, так что единственным верным решением в этой ситуации было молча терпеть, не нарушая тишину. Кровь потоком лилась из разорванного плеча Чу Ваньнина, но он не проронил ни звука. Прижатый к его груди Мо Жань не мог видеть его раны, но ясно чувствовал дрожь его тела...
Ни один живой человек не смог бы не закричать, испытав такую боль.
Живой… или мертвый? Призрачная покровительница браков не могла понять. Ее когти еще глубже вонзились в плечо Чу Ваньнина. Потом одним движением она повернула руку, разрывая плоть и царапая кости.
Чу Ваньнин содрогнулся от боли, его одежда вмиг пропиталась холодным потом, но он только сильнее закусил губу и, заблокировав отверстие в гробу своим телом, продолжал защищать ученика в своих объятиях. В этот момент он как будто действительно стал бесчувственным трупом.
Призрачная покровительница браков наконец убедилась в том, что люди внутри определенно мертвы, и с удовлетворением убрала руку. Мо Жань услышал чавкающий звук пальцев, скользящих по плоти и костям, от которого волосы встали дыбом. Как только божество выдернуло свои когти из тела Чу Ваньнина, силы сразу же покинули его. Тихо выдохнув, он отпустил Мо Жаня.
Запах свежей крови в гробу был просто удушающим.
Мо Жань поднял голову. В тусклом свете, льющемся через отверстия, он мог разглядеть опущенные ресницы Чу Ваньнина и влагу в его глазах.
Даже затуманенный болью, его взгляд все еще оставался непреклонным и решительным...
Мо Жань хотел что-то сказать, но Чу Ваньнин покачал головой. Прошло некоторое время, прежде чем он медленно выдохнул и дрожащим пальцем написал на тыльной стороне ладони Мо Жаня:
«Барьер прорван, молчи»."
"Снаружи призрачная покровительница браков озадаченно склонила голову, не в силах понять, почему люди внутри определенно не живые, но отказываются подчиняться ее приказам и не испытывают перед ней никакого преклонения.
Чу Ваньнин мельком взглянул через щель, свет окутал его неповрежденную руку, в которой медленно материализовалась сияющая золотом ивовая лоза.
Он прищурился и, крепко сжав ее в руке, в следующее мгновение рванулся прочь из гроба!
Гроб раскололся, и Чу Ваньнин вылетел из него быстрее молнии.
