Побежала за перчатками, шваброй и моющими средствами. И быстро-быстро-быстро за работу, чтобы не дай бог не столкнуться с этим типом. Лера драила кабинет и сквозь зубы костерила генерального на все лады, представляя, как скажет ему в лицо:
— Свински проживаете, уважаемый! А еще генеральный директор!
Не сдержалась и таки сказала это вслух. И вдруг краем глаза заметила движение.
Она резко вскинула голову.
В проеме стоял молодой мужчина в деловом костюме.
— Вам кого? — спросила сердито.
— Мне? — потрясенно спросил тот, ткнув себя большим пальцем в грудь.
— Если вы к генеральному, то его еще нет, он будет позже, — и снова схватилась за тряпку, мстительно думая про себя: «Ходят всякие».
Мужчина не сдвинулся с места. Надо же, какой непонятливый. Лера взглянула на него и, выдавив подобие улыбки, больше похожей на оскал, сказала:
— Подождите, пожалуйста, в приемной.
Кажется, у мужика отвисла челюсть, а взгляд сделался нехороший. А в дверях как раз в этот момент возник сисадмин Серега. С ним она поздоровалась:
— Привет.
— Привет… — протянул тот.
Потом перевел взгляд на того мужчину в костюме, поздоровался с ним за руку и спросил:
— Давно приехал?
— Ночью, — проговорил тот, не отводя от нее нехорошего взгляда.
И тут у Леры в голове прозвенел странный звоночек. Она спросила с подозрением:
— А вы, простите, кто?"
"— Николай Торопов, генеральный директор, — мрачно произнес тот и расправил плечи, разом превращаясь в ледяного босса.
Медленно прошел в кабинет и сел за рабочий стол.
***
Рука-лицо, просто рука-лицо…
Лера застыла как громом пораженная, а этот холодный, словно арктические льды, мужчина поднял на нее взгляд.
«Уволит», — мелькнула паническая мысль.
— Заканчивайте, — сухо произнес мужчина и снова принялся что-то просматривать на мониторе.
Заканчивать? Что заканчивать? — опять заметались в голове панические мысли. Она не могла шелохнуться. И тут он глянул на тряпку, на нее и выразительно выгнул бровь. Как будто хотел сказать: «Ты еще здесь?»
Ох, как быстро Лера прибиралась, ей казалось, что под ней горит пол.
Хотя он больше не смотрел на нее, как будто она для него исчезла, превратилась в ничто, в пыль, которую она стирала с горизонтальных поверхностей со страшной скоростью. Это его директорское превосходство давило, словно гранитной плитой.
Как только закончила, быстро сгребла моющие средства и бегом оттуда, боясь даже голову повернуть в сторону рабочего стола.
— Стойте.
У нее сердце упало.
