— Знаете, я верю в мудрость Спасителя. Неспроста ваш преемник погиб от рук психов. Которые сбежали по его же вине.
Калинина коснулась своего лба в молитвенном жесте, и у меня едва не отвисла челюсть от удивления. Никогда не замечал за своей подругой религиозности. Ухватив меня под локоть, Калинина пошла в сторону выхода. Это избавило меня от необходимости вновь жать руку директору.
Оказавшись снаружи, я понял, что до момента выхода буквально задыхался. Потянув ворот рубашки, я закашлялся.
— В Доме призрения есть объекты? — едва слышно спросил я.
— Надо поинтересоваться у деда, — хмуро ответила Катя. — Но точно знаю, что там есть комнаты, которые выполняют функцию блокирующих браслетов. Потому всем нам в этих стенах неуютно.
— Но ты не из-за этого сбежала от Горшковича."
"— Не хотела тебе признаваться, но у меня появилось ощущение, что доктор может не выпустить нас оттуда, если решит, что мы опасны. А санитары здесь наверняка умеют обращаться с «буйными», за которых бы нас могли выдать.
— С чего ты взяла, что такое могло произойти?
— Он врет, — просто ответила девушка.
— Лекаришка не собирался сдавать пост. И уступать кабинет другому человеку тоже.
— Ты так решила, увидев грамоты? — я усмехнулся. — Да любая медсестра могла завесить всю стену за пару часов.
— Эта его жуткая рыба, — скривилась Калинина.
— А что с ней не так?
— Ее никто не снимал со стены уже очень давно, потому как это чучело в пыли и на поверхности нет ни одного отпечатка от пальцев.
Мне стало неловко оттого, что сам я не заметил такой важной мелочи.
— Горшкевич бы утащил эту фигню домой в первую очередь. Рыбой он гордится. Считает своим важным трофеем.
— Ты права, — согласился я с помощницей. — А ведь доктор точно подметил, что ты пошла в старика.
— Хорошо, что не внешностью, — хихикнула девушка и прижалась ко мне. — Пойдем скорее отсюда.
Уже на парковке нас ждал неожиданный подарок. Под дворником на стекле был зажат буклет с рекламой Дома Призрения. Выбросить его было некуда и я швырнул брошюру на панель управления.
— Где Виктор?
Катерина пожала плечами:
— Мне откуда знать? Это твой начальник охраны.
Калинина заняла переднее сиденье, взяла книжицу, и принялась лениво перелистывать ее.
— Ой, — она подняла с коврика под ногами выпавший листочек. — Смотри. Лежал между страниц…
Она развернула записку.
— Прочти, — приказал я.
«Горшкович изрядно потратился на лечение полгода назад. Затем он пытался заработать на подпольных карточных турнирах, но не сумел и проигрался.
