Магазинчик оказался на удивление темным. Однако сразу стало понятно, что свет был грамотно расставлен, чтобы освещать прилавки с их содержимым. А на полках за стеклом и впрямь было множество всякого. Серебряная посуда, образа Спасителя, ордена и полувековой давности соседствовали с монетами и медалями с последних Союзных Спортивных Игр. Любой достаточно прозорливый заметил бы, что по-настоящему редкого тут не было. Лишь у прилавка рядом с кассой виднелись карманные часы, трости и трубки, которые явно принадлежали разорившимся князьям.
— Господин Павел, предупредите пожалуйста охрану, чтобы вела себя повежливее, — спокойно сказал я и повернул вывеску на «Закрыто».
— Добрый день, господа, — радушно воскликнул невысокий человек, больше напоминающий растолстевшего гнома.
Он вышел вперевалку, выкатывая за собой из подсобки передвижную лестницу, состоящую из трех ступеней. Одет он был в велюровый пиджак, который не сходился на животе. Впрочем, шелковая жилетка прикрывала пузо весьма успешно. Толстая золотая цепочка крепилась к петле ремня и пряталась в кармане.
Шейный платок напоминал зоб и явно скрывал двойной подбородок.
Мужчина вытер со лба испарину и улыбнулся нам.
— Чем мой скромный магазин заинтересовал высоких господ?
И хотя он имел в виду вовсе не рост, я едва сдержал ухмылку.
— Хотите что-нибудь купить? Есть очень интересная подборка.
— Спасибо, я уже приобрел одну, — хмуро ответил я, демонстрируя отданный мне бродягой кардхолдер.
Павел хитро прищурился:
— Нет, это особенные карты.
Он вытащил из коробки колоду, пружинкой перекинул ее из одной ладони в другую. А затем показал нам. Рисунки на картонных прямоугольниках будто бы двигались. Но зова объекта я не ощутил. Обернулся к Виктору, но тот покачал головой. Карты были безделицей.
— Интересная безделушка, но нет. Мы пришли кое-что узнать.
— Что именно? — мигом насторожился Павел.
— Про психа, который устроил сегодня бойню на праздновании, — ответил я.
Апостол замер. Затем покачал головой:
— Не, я за него не в курсе.
Он реальный псих. Я с такими дел не имею.
Я кивнул:
— А теперь напряги память, Павел. Ты же знаешь все обо всех в этом городе. К тому же ты нам должен, Апостол. Думаешь мы не в курсе, кому Оболенский заказал похищение Юсуповых. Михаил Александрович очень зол на то, что не удалось поквитаться с Петром. Так что ты тоже сгодишься на роль козла отпущения.
Павел попятился. Глазки мужика предательски забегали, сообщая о том, что Апостол боится.
