"
"Дворник вспомнил сыщика и выдал ему ключ от явочной квартиры Красовского. Алексей Николаевич поужинал в знакомой кухмистерской и лег спать. Встал поздно, опять спустился вниз и не спеша позавтракал. Он хотел оказаться в слободе, когда откроются кабаки и в них набьется народ. Лыков загримировался тем же босовиком, взял вид на имя Малахия Сафронова. Прополоскал рот водкой, чтобы пахло подходяще. Спрятал в сапог полицейский билет, за пояс сзади сунул смит-вессон. Ну, с Богом…
Отставной солдат появился в питейном заведении в Церковном переулке около полудня.
Сел в углу и потребовал «чаю-сахару покурить». Ему дали сотку[49] водки и блюдце гороха. Денег у солдата, по всему, было мало, а гонору оказалось много. Гость быстро захмелел и начал дерзить публике. На увещевания ответил:
— Я солдат, имя знаменитое,[50] я царю служил! А вы? Диаволу? Ему, кому же еще.
Завсегдатаи не поняли, при чем тут дьявол, и пытались разобраться. Но служивый только кричал всякие глупости и мешал другим. Его попробовали вывести вон.
Однако не вышло. Солдат нагло заявил:
— Я всю роту сюда приведу. По бревну раскатаем ваш клоповник.
И тогда владелец заведения, степенный старовер, приказал половому:
— Сходи-ка за Лукой Емельяновичем. Хватит такое терпеть.
Вскоре нужный сыщику человек показался на пороге. Он сразу узнал служивого:
— Ты зачем явился, дурак? Я же наказывал не приходить.
— Иди прочь, галман. Всю роту… а то и баталион…
Лука Емельянович огляделся. Хозяин сказал ему:
— Не здесь бы, а? Выведи куда-нибудь.
Комендант Зверинца за ворот вытащил пьяного на улицу. Тот нетвердым шагом двинулся к ближайшим кустам.
— Эй, куда? Замри!
Солдат не останавливался. Уголовный двинулся следом, недобро ухмыляясь. Вдруг в зарослях босовик повернулся и сказал обычным голосом:
— А ведь я тебя знаю. Ты Карп Притаманный.
Фартовик дернулся, словно его ударили по лицу. Огляделся по сторонам и спросил:
— А ты кто? Я тебя не помню.
Сам же при этом сунул руку в карман.
— Я надворный советник Лыков из Департамента полиции.
Карп выдернул руку с ножом, но ударить не успел. Лыков махнул, как кошка лапой: вроде играючи, однако рослый детина отлетел на сажень. Пока он приходил в себя, Алексей Николаевич успел его обыскать. Выудил дешевый револьвер с полным барабаном, понюхал ствол. Никакого запаха — из оружия давно не стреляли.
Рывком подняв пленного, сыщик поставил его на ноги. Высунулся из кустов: кругом было тихо и безлюдно.
— Слушай внимательно, скот. Сейчас идем в участок.
