Сын не подвел, но, посовещавшись с Анастасией Игоревной и старшими Ладожскими, решили, что лучше будет, чтобы Матвей все же остался в Москве с бабушкой и дедом. И школу окончит, ему всего год остался, а там и поступать надо, и лучше же все-таки в Москве учиться, а не на Севере.
Матвей согласился с разумностью приведенных доводов и в Москве остался, проводив родителей и сестренку в далекое, холодное Заполярье.
И школу он свою окончил, и отлично окончил, а вот поступать не стал, чем привел всех родных в состояние глубокого, шокового непонимания.
А он и сам, честно сказать, до конца не понимал, почему так поступил. Может, потому, что до той поры так и не определился, в каком направлении двигаться. Но основным аргументом, который он приводил самому себе, было желание попробовать делать что-то реальное, теми самыми руками, о которых говорил ему учитель. И уехал к родителям на Север, в Заполярье, и нанялся работать на отцовское предприятие, простым рабочим на один из строительных участков.
Отпахал годик и… нет, снова не поступил, отправился служить в армию по призыву. А что, нормально, не видел в этом явлении проблемы Матвей – надо, так отслужим, мужчина он или кто.
Попался ему грамотный и толковый военный комиссар, то бишь военком, который, выяснив, какими навыками и талантами обладает призывник Ладожский, сразу же определил того в «учебку» пограничных войск, с дальнейшим прохождением службы на китайско-монгольском участке российской границы, поскольку парень владеет в совершенстве монгольским и китайским языками.
– Китайским? – удивилась Клавдия.
– Вообще-то военком немного ошибся, – разъяснил Ладожский. – Тогда я мог свободно говорить на маньчжурском диалекте. А в Китае официальным, общеразговорным языком является мандаринский диалект путунхуа. Его я начал изучать позже, как раз на службе, хотя на тот момент знания моего маньчжурского более чем хватало, ведь именно с этой провинцией и граничила на том участке Россия."
"– Да вы кладезь достоинств, Матвей Андреевич, – подивилась наигранно преувеличенно Клавдия и спросила: – А что все-таки получилось с химией-то, а?
– Да нормально все с ней получилось, – посмеялся ее нетерпению Ладожский.
– Отслужил два года и поступил в университет на специальность химика-технолога. Встали-таки мозги и пристрастия в правильный ряд во время работы на строительстве нефтяной отрасли. Вот там я точно понял, чем хочу заниматься. И ни разу не пожалел.
