Ехали они очень быстро, можно сказать, гнали, разрезая темноту фарами, по вполне себе приличной дороге, совершенно одни, не встретив ни единого автомобиля за всю их поездку, закончившуюся минут через двадцать у крайней юрты большого стойбища, состоящего еще из десятка похожих юрт, расположенных полукругом.
– Ну вот, почти приехали, – подбодрил Клавдию Ладожский.
– Почти? – недоуменно переспросила она.
Но он уже выбирался из машины и не то сделал вид, что не услышал ее вопроса, не то на самом деле не услышал, но обошел джип и распахнул дверцу для Клавдии, подавая ей руку.
И как-то так быстренько-быстренько потащил-сопроводил девушку, которая не успела ничего толком сообразить и посмотреть по сторонам, как – раз – и уже оказалась внутри юрты, окруженная толпой улыбавшихся и приветствовавших ее и Матвея людей.
– Это семья, – пояснил Клавдии Аян и принялся представлять родню по ранжиру: от старейшего представителя до подростка лет десяти.
Клавдия улыбалась, кивала, пожимала руки, отвечала на какие-то вопросы и снова пожимала руки… Но достаточно быстро этот «хоровод» закончился, и родня, только что заполонившая, казалось бы, все пространство юрты, вдруг как-то неожиданно и незаметно рассосалась-удалилась, оставив Матвея с Клавдией и Аяном втроем.
– Мы все приготовили, – обводя рукой пространство юрты, обратился к девушке Аян, – вы посмотрите, Клава, если что-то понадобится, скажите, мы принесем.
– Так, – отмахнулся от его заботы Ладожский, – если что-то понадобится, я сам потом возьму и все принесу. А сейчас мы уже поедем.
– Поедем? – переспросила Клава, как-то потерявшись в том, что происходит, в той стремительной смене картинок и ситуаций и каких-то непонятных поступающих новых «вводных». – Куда?
Попрощавшись и проводив через порог брата, Матвей повернулся к Клаве и ответил на ее вопрос, ничего не объяснив:
– Это сюрприз."
"– То есть я правильно понимаю, – принялась выяснять подробности Клавдия, – что мы сейчас снова куда-то поедем? И эта юрта не конечная станция нашего вояжа?
– Ну вообще-то это конечная станция, – нисколько не прояснил ситуацию своим ответом Ладожский, – мы недалеко отъедем, а потом снова сюда вернемся.
– Так, – разозлилась отчего-то Клавдия. – Я ничего не поняла, и мне это не нравится. Объясни сейчас же: куда и зачем мы поедем?
Он не ответил.
