Книга Камаэль (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

Я знал, что если ему сейчас захотят свернуть шею или отрубить голову - он не сможет даже толком закричать, а оттого на душе скреблись кошки и, видимо, там же они и нагадили.

- Что… что случилось с Габриэлем? Аэльамтаэр?"

"Вопрос задел меня за живое и поставил в тупик одновременно. Я медленно поднял взгляд на мужчину. Он смотрел на меня испытующе, мрачно и с явной горечью, что дало мне понять - Габриэль был ему более, чем близок, а оттого ярость стала закипать внутри меня, в крови загустело желание мести, но я терпеливо пережил порыв и тихо выдохнул:

- Габриэль мёртв.

- Джинджер, - прошипел Морнемир, и в его глазах полыхнуло всамделишное пламя - я даже на миг испугался, но лишь на миг. - Что он с ним сделал?!

- Виктор мог погибнуть от его руки, но Габриэль заслонил его и получил два удара кинжалами… они… Они должны лежать в рюкзаке, который был при нас. Вы его взяли?!

Полукровка сдержано кивнул, но было видно, что он желает смерти моему брату не меньше, чем я сам. Невольно я почувствовал некоторое моральное удовлетворение от того, что тот страдает.

- А теперь говори, что с Виктором и когда он поднимется на ноги, - неожиданно-резко даже для себя потребовал я, осторожно погладив брата по волосам вновь, и с нежностью различив на его губах слабую улыбку.

- Когда господин Виктор спасал вас, он получил сильные повреждения от огня и чьего-то лезвия - вероятно, одного из тёмных магов, но ваша аура спасла ему жизнь - вы вытянули его с того света, и только благодаря вам он и остался жить. Вам и кому-то ещё - очень сильному и поддерживающему вас обоих - нам так и не удалось проследить, куда уходят магические нити. Вы здесь уже второй день, и Виктору уже намного лучше. Через несколько дней наши лекари справятся с его ранами, а у вас будет время передохнуть и…

- Нету времени расслабляться, - отрезал я, вскинув взгляд на полукровку и с недовольством отметив, что он подсел ближе.

Мужчина смотрел на меня несколько мгновений с непониманием, которое затем сменилось холодной злостью, даже выражение лица его поменялось на надменное и неприступное, как и он сам, полагаю.