Он подвел ее к священнику, пожилому мужчине с совершенно белыми волосами и проницательными карими глазами, которые делали его моложе и не вязались с сединой. Его лицо, изборожденное глубокими морщинами, было тем не менее очень привлекательным и вызывало интерес.
— Брюс, так это и есть ваша гостья?
— Да, святой отец, — подтвердил Брюс. — Представляю вам леди Сент-Джеймс. Мартиса, это отец Фенен Мартин.
— Леди Сент-Джеймс, — сказал отец Мартин, — добро пожаловать в Шотландское нагорье.
Очень рад, хотя вас и привели сюда печальные обстоятельства. Я знал вашу сестру Мэри и очень ее любил. Это она здесь все устроила, она была очень милая и приятная молодая леди.
В его речи акцент был не очень заметен, и Мартиса подумала, что, возможно, его религиозное призвание заставило его постранствовать по свету, прежде чем он вернулся домой.
— Благодарю вас, — сказала Мартиса и с невинным видом добавила: — Святой отец, вы видели мою… сестру в самом конце?
— Увы, в ту ночь, когда я пришел, она уже умерла.
— Она болела? Она к вам приходила?
— Она, возможно, нервничала, была бледной и казалась изнуренной. Да, должно быть, она была больна, но не хотела, чтобы об этом кто-нибудь догадывался. Когда пришел конец, она ушла очень быстро.
Мартиса сознавала, что позади нее стоит Брюс Кригэн — а как же, он же ее поддерживал! — и все же не могла удержаться от расспросов.
— Святой отец, Мэри чего-то боялась здесь, в замке.
— Вот как? Но ей нечего было бояться, с ней был ее муж. И она не выдавала своих страхов. Мне очень жаль, что я не могу сказать, что был при ней в ее последние минуты, не уверен: она сейчас занимает подобающее ей место на небесах. А теперь, если вы не возражаете, я начну службу.
— Конечно, — сказала Мартиса.
На ее плечо легла рука, и она почувствовала, как по телу прошла горячая волна. Брюс Кригэн проводил, точнее, повел ее к первому ряду.
Отец Мартин начал службу. Мартисе полагалось слушать со скорбным вниманием."
"Однако она не могла сосредоточиться на проходящей службе. Она слишком остро ощущала присутствие Брюса Кригэна, стоявшего на коленях рядом с ней, а слева от нее сидел Конар. А когда она подняла глаза, то, вместо того чтобы возносить молитву, обратила внимание на молодую темноволосую девушку по другую сторону от прохода.
