— Я люблю разнообразный и хороший секс.
Его пальцы вышли из неё; рука, поглаживающая грудь и чувствительный сосок, опустилась вдоль тела; запал потух, будто Гюнтер разглядел в Иданне страх или неуверенность.
Но чёрта с два.
Не ему было решать. Он совершил ход, установил планку и сделал ставку.
Теперь выбор стоял за Иданной Трюггвир: принять или спасовать? А может, и вовсе удвоить?
Её руки, пару минут назад дрожавшие и неуклюжие, вцепились в его ремень. И взгляд, пока она судорожно дышала и пыталась совладать с собой, тоже впился в него намертво.
Неуверенно стоя на ногах, Иданна тормошила кожаный ремень и старалась совладать с железной пряжкой. Гюнтер попытался помочь ей, но, столкнувшись с предупреждающим взглядом, поднял руки в защитном жесте и улыбнулся уголками тонких губ.
Ладонь по-прежнему обжигал холод металла. В молчании повис громкий лязг, когда ведьма с усердием потянула ремень на себя и вытащила его из брюк. Словно забрав путь к отступлению.
Глупо.
Она быстро расправилась с ширинкой и распахнула ткань брюк в разные стороны, чтобы спустя секунду дёрнуть вниз, едва умудрившись не подцепить его нижнее бельё и не сорвать одновременно. И только сейчас, стоя на коленях и находясь в непосредственной близости к его эрегированному члену, Иданна сообразила, что не видела его тогда. Только чувствовала внутри.
Гюнтер всё же самостоятельно стянул джемпер через голову, и ведьма, бросив взгляд наверх, столкнулась с острым от возбуждения взглядом, от которого по ладоням, плечам, спине прошёлся ровный строй мурашек.
К его паху спускалась тонкая полоска из редких волосков, и мужчина опустил ладонь на щёку Иданны, когда она подалась вперёд, к его прикосновению.
— Ты тоже любишь секс, Иданна Трюггвир? — спросил он мягко, нараспев.
Ведьма отважилась кивнуть и против воли сглотнула, не сводя глаз с его лица. И опустила свой взор, вернувшись к тому, что было важно именно сейчас.
Проведя губами по коже под впадинкой пупка, Иданна уловила тихое шипение и ощутила, как легонько дёрнулось тело напротив.
Ведьма подцепила резинку его нижнего белья и плавно потянула вниз, рисуя языком узоры. Гюнтер пробормотал что-то несвязное, откинув голову назад, когда женская рука легла ему на член и скользнула вверх и медленно вниз. Мучительно медленно, отчего его голос сломался и превратился в шёпот, вылившийся в первый на сегодня сдавленный стон.
