Мужчины с ума сходят от ощущения собственной власти над женским телом и потом готовы бросить к ногам своей партнёрши весь мир.
Официант, поставивший на стол четыре бокала вина, на удивление сохранил стойкое выражение лица и тут же ретировался.
— Создание иллюзии подчинения — один из вариантов получения желаемого? — поинтересовалась Мэрит у Ханы, отчего Иданна едва не прыснула в свой бокал, который своевременно оказался у неё в руке. В вине, которое стекало по стенкам горла в середине дня, было что-то особенное.
Иначе пережить этот разговор и не сгореть от неловкости казалось невероятным.
— Ты быстро учишься, Мэри. Власть опьяняет, а мужчин и подавно.
— Как тебя опьянило вино, по всей видимости, — буркнула себе под нос Дафна, закатив глаза.
— Уместный комментарий, как и всегда. Неужели за этим столом только Мэри и может поддержать эту беседу? Это мой ночной кошмар. Без обид.
Мэрит приподняла уголок губ. Её это забавило? Веселило? Наполняло любопытством? Она не испытывала дикого, сжирающего внутренности смущения, которое вот-вот поглотит, пережуёт и не оставит ни кусочка от её ближайшей подруги? И крадущийся по шее, берущий начало от плеч румянец не затронет её щёки, хотя уже напитал краснотой лицо сгорающей от стыда Иданны?
Вот это ночной кошмар.
— Не имею привычки обижаться на подобные замечания. — Мэрит подняла бокал и потянулась к центру стола, призывая чокнуться с ней, и только лишь Хана, ухватившись за ножку своего фужера, поддержала её.
И в тот момент, когда звук столкнувшихся друг с другом стеклянных стенок повис в пространстве над столом, колокольчик звякнул вновь и ветер, подхвативший белокурые волосы, прорвался внутрь ресторана.
Луна отряхнула плечи от снега и мигом нашла взглядом своих гостей, а Мэри по-прежнему держала бокал рядом с бокалом Ханой.
— За постоянство.
— И пристрастия к этому же постоянству, — дополнила Эртон и сделала очередной глоток.
Глава 5. Неужели брак может держаться только на сексе?"
"В Иданне Трюггвир было уже три бокала бургундского, в Хане — пять, в Мэри всего два, Дафна осилила лишь один, а Луна целомудренно потягивала чай с молоком.
Эртон даже усмирила свой пыл и прекратила обсуждения сексуальных предпочтений, столкнувшись со строгим взглядом Мэри и тихим предупреждением со стороны Дафны. А Иданна в этот раз решила отмолчаться — она по-прежнему не могла избавиться от картинок, которые рисовало её воображение.
