Вернулась в спальню и поняла, что не заметила очередные сто евро на тумбочке рядом с кроватью. Взгляд зацепился за белый лист, лежащий рядом. Его там точно не было.
Подошла к тумбочке и подняла листок. Пробежалась взглядом по выточенным буквам Пашиного почерка. «Оксан, оставил тебе деньги на сегодня. Сходи, развейся, тебе это нужно. Сегодня буду поздно».
Отлично, мне ещё его и к полуночи ждать?
Целый день сидеть дома, волноваться и ждать? Что может быть хуже в такой ситуации? Я же с ума сойду!
Хоть беги прямиком в посольство и стучись в двери с криками: «Пустите, у меня здесь муж работает!», и вытягивать его на разговор прямо там.
Но я же всё таки не дура и воспитанный человек. Тем более в статусе жены посла.
Такого позволить себе я не могла. Не хочу быть истеричкой.
Подняла с тумбочки деньги и поняла, что это были две купюры, идеально лежащие друг на друге. Двести евро.
Что-то он раскошелился сегодня.
Не уж то хочет вину загладить, подкинув мне больше денег?
Ах да, он же написал мне «развеяться».
М-да.
Не пойму, радоваться или плакать? Вроде бы выглядит и как забота, но в то же время и как подачка или откуп.
В любом случае дома сидеть я не буду! И не буду разгребать больше эти коробки! С меня хватит! Пока мы всё не выясним, что конкретно между нами и какое будущее он видит со мной, я не продолжу обустраивать эту квартиру.
Нет. Какой в этом смысл? Мне впахивать на пустые обещания? Больше не буду.
Умылась, приняла душ, оделась, взяла деньги и вышла из квартиры. Завтракать буду, где захочу.
Обедать и ужинать тоже. А если не хватит денег, то позвоню Паше. Пусть скидывает ещё. Раз он со мной так, то и я с ним жёстко.
Заперла дверь на ключ и увидела краем глаза женскую фигуру, которая спускалась сверху по лестнице. Повернула голову и увидела её, нашу соседку сверху.
Русскую девушку с которой мы летели в Париж из Москвы. Вот я и наткнулась на неё.
— Ой, здравствуйте, — я улыбчиво поприветствовала её.
Выглядела она шикарно и одевалась соответствующе. Облегающее платье подчёркивало её широкие бёдра, а лёгкий летний шарфик изящно подходил к её образу.
А каблуки… Даже я не носила настолько высокие каблуки, хотя была лет на пятнадцать её младше. Достойно похвал.
— Здравствуйте, — манерным тоном ответила она, кивнув мне и лишь слегка улыбнулась.
— А мы ведь с вами так и не познакомились тогда. Меня Оксана зовут, — я протянула ей руку.
— А меня Алла, очень приятно, — она пожала ее.
— И мне приятно.
Мы вместе спустились и вышли на улицу.
