Поэтому если ты опять собралась дать заднюю, давить на жалость, закатывать истерики о том, что я конченный маньяк, или плакать над моим членом, то проваливай сразу! — требую я грубо.
Она отстает от моей шеи и заглядывает мне в глаза своими полными слез.
Блядь. Чувствую, что смягчаюсь от вида ее заплаканного лица. Продолжаю, сбавив интонацию:
— Клянусь я больше не подойду к тебе, — убираю с ее раскрасневшейся щеки прилипшие от слез волосы. — И твоего долбоеба щас так обработают, что пока ты сама не попросишь он к тебе больше на пушечный выстрел не приблизится.
Так что… просто уходи…
Я даже не успеваю договорить, когда она вдруг подается мне навстречу и ловит мои губы своими солеными.
Глава 71. ОН
Ебать…
От удовольствия закатываю глаза и выдыхаю с мучительным стоном.
Поверить не могу, что она сама меня поцеловала. Знаю, что она гордячка просто не хочет больше оставаться у меня в долгу. И все это только из-за ее мужа. И это слегка портит мое удовольствие. Но я буквально задыхаюсь от ощущений.
Жадно ловлю ее губки своими. Бля, она поддается. Открывает рот навстречу. Как же охуенно.
Зарываюсь пальцами в ее спутанные волосы, второй рукой жадно шарю по хрупкому телу.
Не отталкивает. Не сопротивляется. Даже будто вовсе и не напряжена, как раньше, когда я к ней прикасался.
Неужели она реально готова?
Даже плакать в этот раз не будет? Называть меня Славой? Драться в конце концов?
Лера вдруг принимается расстегивать пуговицы на моей рубашке и признаться теперь я даже слегка напуган.
Ловлю ее за плечики и отталкиваю от себя:
— Какого черта? — задыхаясь от поцелуя спрашиваю я, будто не узнавая свою неприступную девочку.
— Разве я делаю что-то не так? — совершенно невинно хлопает она своими длинными ресницами, а взгляд не отрывает от моих губ.
Боги. Как мне заходит эта ее игра…
— Продолжай, — хриплю я, все еще сомневаясь, что ей хватит смелости раздеть меня.
Однако вопреки моему скептическому ожиданию, она вдруг снова берется пальчиками за пуговицы на моей рубашке.
Стараюсь держаться, зная, что с этой мелкой заразой, как на американских горках: то вверх, то вниз. Не могу я так рисковать своей потенцией. Она сейчас горит, а через секунду в истерике биться начнет…
Однако рубашка на мне уже полностью расстегнута, и тонкие пальчики изучающе скользят по моему торсу, ощупывая каждый мускул.
И кажется моя оборона дает сбой, когда я вижу ее восхищенно-заинтересованный взгляд на своем теле.
