Без него мне на кассу супермаркета надо будет садиться или дурацкие “реснички-ноготки” осваивать, или чем там мамаши в декрете занимаются. А я этого не хочу.
“Иду домой. Еще минут двадцать топать. Я думала, что твои планы изменились, вот и не спешу”.
Перезванивает.
— Стой на месте, я сейчас подъеду. Не могла потом со своей консультацией дела решать? — злится, представляю, как Тимофей закуривает, выпускает из ноздрей сигаретный дым.
— А как я должна угадать, когда у тебя и что встанет? Когда ты обо мне вспомнишь? Составь расписание, а я буду его придерживаться.
А так, ты мне предлагаешь всю жизнь дома сидеть и тебя ждать?
— Я тебе вообще-то за это и плачу. Или ты еще не поняла? Мне пофигу на твои дела, на твою консультацию. Для меня ты всегда должна быть свободна и ждать меня с раздвинутыми ногами. И все. Расписание… что еще придумаешь?
На светофоре машина Тимофея. Ненавижу, когда он не в том настроении. Грубый секс без прелюдии, потом молча одевается и уходит. Он, значит, напряжение снял, а я? А, еще обязательно оштрафует, козлина.
Останавливается, кивком подзывает к себе, как будто я у столба любовью торгую. Сажусь, тоже молча. На него не смотрю.
Едем явно не в сторону моего дома, и вряд ли он меня к себе позовет. Заворачивает в лесочек, двадцать деревьев в четыре ряда.
— Пересаживайся, — снова закуривает.
— Что прям здесь? — в следующий раз он меня в подворотне чпокнет?
— Ты сама выбираешь условия. Я к тебе ехал, чтобы все прилично, в кровати было. И душ потом, но… ты где-то шляешься, какие ко мне претензии?
Пусть лучше в лес, чем в отель.
Один раз, еще на заре наших встречаний, он также приехал ко мне, а я с подружками задержалась. Так он ко мне приехал, в гостишку привез, но ее стоимость из моего содержания вычел.
Переставляю свою роддомовскую сумку на первое сидение, сама сажусь сзади. Секс в машине с таким пузом — это издевательство, ни лечь, ни повернуться нормально. Просто не существует позы! Ну кого это интересует.
Тимофей рычит, расстегивает ремень на джинсах.
Сильнее прогибает меня в спине, скорее бы все это закончилось и секс, и беременность. От злости и еще фиг знает почему агрегат Тимофея вялый, работает плохо, никак не получается нормально войти.
— Это все ты виновата, я тебе сказал, всегда быть дома! — хватает за волосы.
— Я сейчас все исправлю.
Оральные ласки — выход из любой ситуации. Только я их ненавижу, особенно когда мужчина не только вышел из душа, а полдня мотался по городу.
Тимофей одевается.
