Одна, оказывается, уже отправилась? Она мне чужой человек, поэтому ни чуть не смутилась, испытав злорадное удовлетворение.
Мама молча встала из-за стола и, занеся руку, отвесила Нине звонкую пощёчину.
Сестра вскочила, схватившись за щеку. Они смотрели друг на друга, не проронив ни слова. Пока Нина пулей не вылетела с кухни.
Мама осела на стул и обхватила голову руками. Я же сидела на своём месте и смотрела в одну точку.
– Я не понимаю, что мы с отцом сделали не так. Где упустили. Растили вас одинаково, в любви и заботе.
Давали всё, что могли. Не понимаю, что с ней. Я не понимаю. – причитала мама, роняя слёзы.
Я уже пожалела, что всё это вывалила. Но слова уже произнесены. Назад не заберёшь. Остаётся только жалеть.
– Мам, я понимаю, что ты переживаешь за неё. Что хочешь помочь. Но… но не проси меня связываться с Артёмом. Я не могу. Мне до сих пор больно и тяжело. Если хочешь, пообщайся с ним ты. Он всегда хорошо к тебе относился. Я уверена, он прислушается. Но не толкайте меня снова в эту бездну. Я только-только начала выкарабкиваться.
Мама понимающе кивала, утирая слёзы салфеткой.
После этого разговора домой ехала в разбитом состоянии и противоречивых чувствах. Всё так сложно и тяжело. И конца, и края всему этому не видно.
Как снежный ком с горы покатился и всё сильнее обрастает сложностями и проблемами. Совершенные в прошлом действия, запустили спусковой механизм и череду последствий. Для всех без исключения. И все, как одно - с привкусом горечи.
Весь остаток дня прошёл мимо меня. Только к вечеру заставила себя собраться и, вызвав такси, поехала к Артуру.
Приехала к его дому впритык.
– Мы в аэропорт на такси? – поинтересовалась у него, когда спустились вниз и сели в заказанную им машину.
– Да. Потом перегоню. Для начала сам устроюсь, потом уж всё остальное.
Артур как-то поделился, что в другом городе у его дедушки филиал. Там он и будет работать. Параллельно развивая своё дело. Говорит, что согласился лететь туда, потому что там же живёт один его старый друг, с которым они решили развивать что-то своё.
Давно уже всё обмозговали. И вот, момент настал. Да и деда подводить не хотел. И неважно, что давно самостоятельный, ведь слово давал.
Всю дорогу к аэропорту и в там, в ожидании посадки, много говорили, шутили и смеялись. Но оба ощущали тяжесть.
– Может, со мной махнёшь? – шутливо поинтересовался, когда объявили посадку.
– Уже не успею. Да и зачем я тебе там? Буду только мешать девочек кадрить. – отшутилась, растянув губы в улыбке.
