Что он будет снова врать мне без зазрения совести! Я же ни одному слову не поверю!
– …уволила… Зараза такая!
– Мы пришли тебя поддержать, Лен! Вот торт, вино…
Ох, оказывается, к Лене наведались наши коллеги, мои подчиненные и подруги. Посочувствовать насчет увольнения и поддержать. Зараза. Это они обо мне?
– Тсс! – зашипела на них Лена. Еще бы, ведь она знала, что зараза всё слышит.
Неловко вышло, но не сидеть же и дальше на кухне, выслушивая о себе разные гадости. Я поднялась на ноги и показалась в дверном проеме кухни, и Марина с Ликой меня сразу увидели, растерянно захлопав глазами и кидая непонимающие взгляды на Лену.
– А мы уже разрешили с Леной недоразумение, да, Лен? Никто никого не увольняет, девочки.
– Да, конечно, так и было, мы просто не поняли друг друга, – кисло улыбнулась подруга и подняла на меня виноватый взгляд, ведь получалось, что она успела на меня подружкам пожаловаться, раз они ее утешать пришли.
После моего появления повисла неловкая длительная пауза.
Все стояли и смотрели друг на друга, и никто не решался продолжить разговор первым. Но после того, как я сегодня застала мужа с любовницей, мне эта ситуация казалась совершенно незначительной мелочью. Она вообще меня не затронула. Я не обиделась, не собиралась никому ничего предъявлять и высказывать обиды. Раз так, мне и сглаживать углы.
– А вы чего такие нарядные, девочки? У нас теперь два торта и две бутылки вина. Не значит ли это, что надо отпраздновать?
– А мы… – замялась Лика, тоненькая блондинка с кукольной внешностью, одетая сегодня в короткое пальто бежевого цвета и замшевые ботильоны.
– А мы Лену хотели в клуб позвать.
– В клуб? Ой нет, – замотала та головой и крепче завязала пояс халата. – Давайте дома посидим, раз уж так.
И снова на меня посмотрела. Мы вели безмолвный разговор, я так и просила одними губами: «Не выдавай мою тайну». Конечно, все узнают. Но сейчас я не готова была ее всем рассказывать. От одной только возможности горло схватывало спазмом.
– Дома? Как пенсионеры? – хмыкнула брюнетка в теле Марина, тряхнув кудрями и скинув кожаную куртку, под ней сверкало и переливалось люрексовое серебряное платье. – Мы только красились и прически делали два часа! Посидим немного, пока вы собираетесь, и поедем. Вы едете, и точка.
Субординация? Нет, не слышали. Но я впервые улыбнулась. Раньше я работала с ними вместе и совсем не хотела выстраивать прочные стены, возвышаясь над ними как руководитель.
