В цветочном магазине ему предлагали какие-то сложные букеты, но у него от одной только мысли о них закружилась голова и противно заныло в груди."
"Он, разумеется, сразу вспомнил свой букет, подаренный Анне в первый вечер их знакомства и собранный талантливой владелицей магазина «Мир цветов». Сухие коробочки мака были в нем. Символ безумия. Тот букет оказался пророческим, а сейчас ему совсем не нужно никакого пророчества. Белые розы. Только белые розы. Цветы и ничего больше.
– Ты волшебник, – сказала Велимира, глядя на него сияющими глазами.
– Белые розы – мои самые любимые цветы. Как ты догадался?
В среду она впервые пригласила Алексея к себе домой, в ту самую квартиру, которую ей оставили переехавшие на дачу родители. Разумеется, там произошло то, что рано или поздно всегда происходит между понравившимися друг другу мужчиной и женщиной, и это было именно так, как представлял Зубов в своих самых смелых мечтах.
Он гладил и целовал ее гладкое, стройное, словно вылепленное из алебастра тело, восхищаясь каждым его изгибом и совершенно никуда не торопясь.
Нет, он был здоровым тридцативосьмилетним мужчиной с присущими его телу здоровыми желаниями, которые шесть лет удовлетворял прибегая к услугам случайных женщин с сайта знакомств. Но ему доставляло отдельное наслаждение усмирять это желание, держать его в узде, не давая ему руководить его действиями. Главным для него сейчас была эта женщина и ее ощущения, и он был готов терпеть сколько угодно, лишь бы доставить ей удовольствие.
– Можно тебя попросить не обходиться со мной как с хрустальной вазой, – в какой-то момент ангельским голосом попросила она.
– Что? – немного очумел Зубов. – Что ты имеешь в виду?
И она показала, ЧТО имеет в виду, вывернувшись из-под него и напрыгнув сверху, словно тигрица. И дальше вела себя словно действительно была тигрицей: рычала, кусалась, нападала, а потом ластилась – и теперь уже она делала с зубовским телом все, что хотела. А хотела она много. И умела тоже. От этой мысли Зубову стало немного грустно.
Он бы очень хотел сам всему ее научить, но в его уроках Велимира Борисова явно не нуждалась.
– Ты себе не представляешь, как сильно я тебя хотела, – пожаловалась она ему, когда они уже после всего отдыхали, лежа рядом. – Это просто неприлично – так сильно хотеть мужчину.
Зубов тут же напрягся, потому что когда-то, очень давно, в прошлой жизни, Анна ему сказала однажды, что в основе их взаимоотношений лежит физическое желание, которое он у нее вызывает.
