Он снова вздрогнул оттого, как много в жизни зависит от случайности.
Камаев не думал, что Алексей знает про этот дом, и все-таки был настороже, как опытный, узнавший вкус крови зверь. Зубов застыл, чтобы не выдать себя даже полувздохом. Ему было нужно, чтобы зверь попал в приготовленный для него капкан. Шаг. Еще шаг. Он не увидел, но почувствовал, что Камаев подошел к порогу той самой комнаты, где лежала Велимира. До стоящего в двух шагах, руку протяни и коснешься, Зубова донесся удушающий аромат его одеколона, и он в душе возблагодарил бога, что терпеть не мог парфюм и никогда им не пользовался.
Главное – не закашляться.
Шаг. Еще шаг. Камаев был теперь внутри комнаты, но достаточно далеко от Велимиры. То что надо. Зубов совершил прыжок. С грохотом посыпались какие-то доски, которые он задел. Мгновение – и он уронил Камаева на пол, навалившись на него всем телом. Про пистолет, который он по-прежнему держал в руке, даже не вспомнил."
"Алексей Зубов в свободное от работы время ходил в спортзал. Он делал это не ради внешности.
Та не имеет значения, если тебя совершенно не интересуют отношения с женщинами. Редкие случайные связи не в счет. И нормативы, которые время от времени приходилось сдавать по работе, его тоже не интересовали. Их сдавали все, даже весящий сто двадцать килограммов Коля Зайцев из соседнего отдела. Сотрудников не хватает, так что на нормативы все давно смотрят сквозь пальцы.
Просто в свободное время Зубову было нечем себя занять и, чтобы не одуреть от сериалов и убить время в выходные, он иногда баловался на тренажерах, купив абонемент спортклуба неподалеку от дома.
Нет, он не думал о рекордах, но был в хорошей физической форме. Достаточно хорошей, чтобы, будучи ослепленным яростью, справиться с убийцей, задушившим трех человек.
Камаев не ожидал нападения, но сдаваться просто так не собирался. Он попытался скинуть с себя Зубова, изворачивался и пинался, да еще и попытался укусить руку, прижимавшую его к полу. Но бороться даже с равным себе противником не то же самое, что накинуть удавку на двух пожилых людей и утопить в ванне влюбленную в тебя женщину.
Нет, не то же самое.
В какой-то момент Алексей изловчился, отбросил пистолет, завел Камаеву руки за спину и защелкнул на них наручники. Поднялся, отплевываясь от попавшей с пола в рот трухи. Вытер прокушенную губу, с которой сочилась кровь. Камаев встал на карачки, пытаясь тоже подняться. Алексей пинком отправил его обратно на пол, поднял пистолет и показал его матерящемуся Олегу.
