– Привет, – говорю я Эм-Джи, сидящей за пианино и изучающей листок с нотами.
Она поднимает светловолосую голову и улыбается мне.
– Ой, привет. – Она замолкает. – Кэсс сегодня не придет.
У меня в животе тут же холодеет от тревоги.
– В каком смысле не придет?
– Он несколько минут назад прислал мне эсэмэску. У него мигрень.
Замечательно. Я точно знаю, что группа наших однокурсников, в том числе и Кэсс, вчера вечером где-то выпивали, – один из ребят прислал мне сообщение с приглашением как раз в то время, когда мы с Гарретом смотрели «Во все тяжкие».
Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сложить два и два: у Кэсса похмелье, и поэтому он слинял.
– Но мы все равно можем порепетировать, – говорит Эм-Джи. Ее глаза загораются. – Было бы здорово прогнать песню без остановок на споры.
– Согласна, только что бы мы ни сделали сегодня, завтра он все зарубит. – Я сажусь на стул возле пианино и устремляю на нее пристальный взгляд. – Ведь идея с хором полнейшее дерьмо. И ты, Эм-Джи, знаешь это.
"
"Она кивает с видом побитой собаки.
– Знаю.
– Тогда почему ты не поддерживаешь меня? – спрашиваю я с негодованием.
Ее бледные щеки заливает краска.
– Я… – Она судорожно сглатывает. – Ты умеешь хранить секреты?
Черт. Не нравится мне все это.
– Конечно…
– Кэсс пригласил меня на свидание.
– О. – Я стараюсь не выдать своего удивления, но у меня плохо получается. Эм-Джи милая девушка, и ее нельзя назвать непривлекательной, однако она точно не принадлежит к тому типу, который заинтересовал бы Кэсса Донована.
Как бы сильно я ни презирала Кэсса, он очень эффектен. Его лицо из тех, что очень выгодно смотрятся на обложке журнала, и когда-нибудь именно благодаря этому фактору вырастут продажи его записей. Я не утверждаю, что девчонка с простенькой внешностью не способна обратить на себя внимание какого-нибудь красавца. Но Кэсс – это напыщенный, придурок, одержимый своим имиджем. Он никогда не стал бы опускаться до серой мышки, вроде Мэри-Джейн, какой прекрасной ни была бы ее душа.
– Все нормально, – со смехом говорит Эм-Джи. – Я знаю, что ты удивлена. Я тоже удивилась. Он пригласил меня еще до репетиции в тот день. – Она вздыхает. – Ну, когда заговорили о хоре.
Вот все детали мозаики и встали на свои места. Теперь ясно, чего добивается Кэсс, и мне стоит огромного труда сдержать свой гнев. Одно дело, добиться, чтобы Эм-Джи поддерживала его в наших спорах, и совсем другое – обманывать бедняжку.
