Я замолкаю, и воцаряется гробовая тишина.
А потом зал взрывается овациями.
Я встаю, да и то только потому, что Дже подходит ко мне и заставляет встать. Мы кланяемся. Меня слепит софит, гром аплодисментов оглушает. Я знаю, что Элли, Стелла и Мег где-то в зале, наверняка кричат во все горло, но их лиц я не вижу. Хотя фильмы и телешоу пытаются убедить всех в обратном, на самом деле невозможно установить зрительный контакт с кем-то в зале, когда тебе в лицо светит софит.
Мы с Дже покидаем сцену и уходим за кулисы.
Неожиданно я оказываюсь в чьих-то медвежьих объятиях. Это Декстер, он поздравляет меня, и у него на лице улыбка от уха до уха.
– Пусть это будут слезы счастья! – говорит он.
Я прикасаюсь к своим щекам и чувствую, что они мокрые. А я и не поняла, что плачу.
– Это было потрясающе, – слышу я голос и, повернувшись, вижу идущую ко мне Фиону. Она тоже обнимает меня. – От вашего исполнения, Ханна, просто захватывает дух. Лучшее исполнение конкурса.
К сожалению, ее слова не избавляют меня от щемящей боли в груди.
Я киваю и говорю:
– Извините, мне нужно в дамскую комнату.
Я ухожу, и Декс, Фиона и Дже ошарашенно смотрят мне вслед, но мне плевать. К черту дамскую комнату. И к черту конкурс. Не буду я смотреть выступления старшекурсников. Не хочу ждать церемонии награждения. Хочу убраться отсюда поскорее, найти укромное местечко и поплакать вволю.
Я почти бегу к выходу, стуча каблучками серебристых «балеток» по паркету.
В пяти футах от двери я врезаюсь в твердую мужскую грудь.
Я поднимаю голову и вижу серые глаза, и через секунду до меня доходит, что я смотрю на Гаррета."
"Мы оба молчим. На нем черные брюки и голубая рубашка, красиво подчеркивающая ширину плеч. Его лицо выражает причудливую смесь радостного удивления и безграничной печали.
– Привет, – тихо говорит он.
В моей душе поднимается ликование, и я вынуждена напомнить себе, что встреча отнюдь не счастливая, что мы все еще в разрыве.
– Привет.
– Ты была… великолепна. – В серых глазах на мгновение появляется блеск.
– Неподражаема.
– Ты слушал в зале? – шепчу я.
– А как же иначе, черт побери? – После паузы он совсем другим тоном напряженно спрашивает: – И сколько?
Я озадачена.
– Чего сколько?
– Сколько у тебя было свиданий за эту неделю?
Я не скрываю своего изумления.
– Нисколько, – ляпаю я не думая.
И сразу жалею об этом, потому что его глаза блестят и он скептически смотрит на меня.
– Ага, как же.
– Гаррет…
– Уэллси, дело вот в чем, – перебивает он.
