Выведенная из равновесия этим вниманием, я буквально вбегаю в класс и сажусь на свое место рядом с Нелл. Гаррет и Джастин еще не пришли, что дает мне некоторое время, чтобы успокоиться. Сейчас я не в том состоянии, чтобы общаться с кем-то из этих двоих.
– Я слышала, ты в эти выходные тусовалась с Гарретом Грэхемом. – Это первое, о чем заговаривает Нелл.
Господь Всемогущий. Неужели не может пройти и секунды, чтобы кто-нибудь не напомнил мне об этом парне?
– Гм, да, – сдержанно отвечаю я.
– И все? Одно «да»? Ну, давай, рассказывай, я хочу знать все грязные подробности.
– А их нет. – Я пожимаю плечами. – Мы с ним просто изредка куда-нибудь ходим. – Очевидно, в ближайшем будущем мне придется часто давать этот ответ.
– А что насчет твоего другого кадра? – Нелл с многозначительным видом кивает куда-то в сторону.
Я прослеживаю за ее взглядом и понимаю, что в аудиторию вошел Джастин. Он садится на свое место, достает из сумки макбук, поднимает голову и улыбается мне, словно почувствовав мой взгляд.
Я улыбаюсь в ответ, и тут появляется Толберт.
Я перевожу взгляд на кафедру."
"Гаррет опаздывает, что странно для него. Я знаю, что вчера вечером он тусовался с товарищами по команде и что сегодня утром тренировки у него не было. Не может же он спать до четырех дня? Я тайком достаю телефон и пишу ему сообщение, но тут приходит сообщение от него.
Он: Срочное дело. Приду на вторую половину. Попишешь за меня, пока я тут вожусь?
Я: Все в порядке?
Он: Да. Подчищаю косяки за Логаном. Долгая история.
Расскажу потом.
Я записываю лекции под копирку скорее для Гаррета, чем для себя, потому что я прочитала учебник далеко вперед и хорошо запомнила эту тему. Толберт бубнит за кафедрой, а я погружаюсь в размышления. Я думаю о предстоящем ужине с Джастином, и неприятное ощущение возвращается, наполняя мой желудок холодом.
Почему я так нервничаю из-за этого? Ведь это всего лишь ужин. И наше свидание ужином и ограничится. Другие девчонки, может, и отдались бы на первом свидании, но я не из таких.
Однако Джастин – футболист. Наверное, он привык иметь дело с девицами, которые раздеваются до того, как заглянут в меню. А что, если он ждет такого же и от меня?
А что, если…
«Нет», – твердо говорю я себе. Мне не хочется верить, что он из тех ребят, которые вынуждают девушек спать с ними.
Проходит сорок пять минут, и Толберт объявляет перемену. Все курильщики исчезают из аудитории с такой скоростью, будто они были замурованы в шахте в течение двух недель.
