Борис не женился бы на дочери повелителя и не забрал матушку с собой в Восточные Земли. Страдания закаляют и активизируют мозговую деятельность, тренируют характер. Не хочу сказать, что через такие испытания надо всех пропускать, но лично мне все случившееся помогло стать мудрее. Я понимаю теперь, что не бывает абсолютного зла, как и абсолютного добра. В каждом человеке есть и хорошее и плохое, и каждый имеет право на свой шанс. Очень легко осуждать и судить других, но жизнь учит, что большинство осуждающих, попав в такую же ситуацию, повели бы себя как минимум, так же, как максимум — еще хуже.
Когда я все это осмыслила, то поняла, что не только не сержусь на тебя, но даже благодарна. Я очень переживала, когда узнала о твоем исчезновении из Монастыря и очень надеялась, что ты жива. Хорошо, что мы встретились и поделились друг с другом наболевшим.
— Ты, правда, не сердишься? Но я же принесла тебе столько зла!
— Ты принесла мне любовь мужа. Настоящую любовь. Научила меня думать, я увидела мир и узнала много такого, чего, оставаясь во дворце Империи, никогда бы не узнала и не получила.
Спасибо, Полетт!
— О…
— А еще, именно ты первая нашла решение проблемы драконов. Ты и без меня догадалась, что надо делать, чтобы спастись самой и спасти дитя. Ты полюбила своего дракона, и он сам тебя полюбил. И именно ты родила первую драконицу.
— Это вышло случайно."
"— Нет, не случайно. Ты осознала свои поступки и осудила их, в награду Всесветлая даровала тебе любовь, мужчину и детей. Я рада, что у тебя все хорошо.
Все эти годы меня не отпускала мысль, что ты погибла, ты даже не представляешь, какое я испытала облегчение, увидев тебя живой, любящей и любимой! Я изменилась, ты тоже изменилась, так пусть прошлое, остается в прошлом.
— Спасибо!
Женщины обнялись и посидели так, каждая переживая и осознавая — все позади!
— Тамиль любит тебя, я вижу, как он все время за тобой следит. Почему ты не родишь ему еще дитя? Уверена, он был бы очень рад.
— Я бы с радостью, но не получается, — натянуто улыбнулась Деми.
— После тех событий, в один момент я так отчаялась, что попросила Всесветлую избавить меня от этого брака. Говорила, что не хочу быть женой герцога, и тогда наша брачная вязь почернела. Спустя годы она потихоньку восстанавливается, чернота сменилась на белые шрамы, но золотой цвет возвращается очень и очень медленно. Думаю, пока татуировка полностью не вернет себе первоначальный вид, второго малыша нам с Тамилем не видать. Не знаю, сколько еще уйдет на это лет.
