Если бы я знал об этом раньше!
— Но это такая блестящая партия! — беспомощно пробормотала баронесса. — Как же так? Почему?
— Повелитель, — Борис нервно оглянулся и понизил голос. — Повелитель, оказывается, очень чадолюбив и особенно внимателен к дочерям. Горе тому, кто огорчит принцессу, и для повелителя неважно, кто это — неласковый муж или нерадивая служанка.
— Но ты сказал, что был груб? Конечно, так нельзя, она же принцесса, — пролепетала баронесса. — Наверное, поэтому и меня тут заперли, из-за недовольства твоим поведением!
— Матушка, вы слушали меня? Женщины здесь не могут жить, где им заблагорассудится, только на женской половине.
А моя грубость заключалась в том, что я не пожелал развлекать жену.
— То есть?
— Мадина хотела погулять в саду, а мне не хотелось. Но она не оставила и тогда я рассердился и накричал на нее. Что бы знала свое место и оставила меня в покое, если я ей велел.
— И дальше?
— Она и оставила. А на следующий день повелитель объяснил мне, что главная моя задача — это счастье Мадины.
Что ее нельзя огорчать и все ее пожелания надлежит немедленно выполнять. Особенно теперь, когда она ждет ребенка. А потом меня высекли, чтобы лучше запомнил. Я не мог сидеть неделю!
Баронесса всплеснула руками:
— Куда мы попали? Это же настоящее варварство! Нам надо немедленно возвращаться в империю!
Борис покачал головой:
— Я навсегда привязан к Восточным Землям и ради собственного благополучия должен следить, чтобы моя жена была весела и счастлива.
— Постой, ты сказал, что твоя жена — беременна? Уже?
— Увы, — развел руками Борис.
— Сам не ожидал, что это так быстро произойдет. Целители говорят, что это мальчик. Сама понимаешь, моя жизнь теперь прочно связана с Мадиной и Восточными Землями, да и здоровье тоже. А вот ты можешь вернуться в империю. Как же я тебе завидую!
Разговор с сыном оставил гнетущее впечатление, баронесса поняла, что должна обязательно поговорить с повелителем.
Табиб и другие евнухи выслушивали просьбу баронессы, кивали и… дни летели за днями, но ничего не происходило.
"
"Борис больше не приходил, и до баронессы долетали слухи, что он ужом вьется вокруг жены и только что пылинки с нее не сдувает. Подумать только, ее мальчик, на которого она возлагала такие надежды, мечтала, что он возвысится сам и поможет возвыситься матери, превратился в подкаблучника, про мать совсем забыл! Впрочем, с такой поддержкой за спиной его жены, как повелитель, ее сыну сложно сопротивляться. Получается, зря она радовалась этому браку.
