Сейчас я распоряжусь – вас отвезут на автомобиле в местную лечебницу… Хелло! – крикнул он возившемуся возле грузовой машины хромоногому парнишке в полугражданской одежде. – Хелло, отвезите, пожалуйста, эту «остарбайтерин» к деревенскому доктору. Если его нет, отправляйтесь в город – ей необходимо немедленно обследоваться у врача на случай тифа. Нет, нет… В кабину не сажайте, пусть сидит в кузове.
Мама с Симой с тревогой, а Вера с Галей с любопытством и с недоумением проводили меня взглядами, когда я, незаметно кивнув им, прошествовала мимо с сопровождающим меня на расстоянии «типом» к машине.
Вообще-то, я посвятила девчонок в свои планы, что постараюсь, если удастся, пораньше улизнуть с окопов – мол, наших пленных все равно тут нет, а к нам Мишка вчера приехал, – но они, как, конечно, и я, не ожидали, что чрезмерно пекущийся о собственной безопасности «тип» проявит вдруг такую ретивость.
Всю дорогу, трясясь в кузове, я ругала себя самыми последними словами и еще истово молила Бога, чтобы деревенский лекарь оказался дома, а не был где-нибудь в отъезде, смутно надеялась, что он найдет способ как-то выгородить меня.
Ведь если мне придется ехать в Мариенвердер, тамошние городские врачи не только тотчас обнаружат обман, но еще, пожалуй, припишут мне и симуляцию.
На счастье, «Коси-коси сено» оказался на месте. Видно, ему самому нездоровилось, – он вышел на крыльцо навстречу нам, в теплом стеганом халате, с обвязанной клетчатым шерстяным платком шеей и вообще весь из себя какой-то мятый, жеваный.
– Эту русскую прислали к вам, господин доктор, прямо с окопов для врачебного обследования, – сказал водитель, стараясь, как и «тип», держаться от меня на расстоянии. – У нее все признаки тифа. Пожалуйста, будьте осторожны.
– О нет… Я уверена, господин доктор, что это вовсе не тиф! – умоляюще обратилась я к старому лекарю. – Скорей всего, опять подняла что-то тяжелое… Земля сырая.
Как в прошлый раз – помните? Я уже как-то была у вас. Тогда у меня тоже болело в животе. Вы очень хорошо помогли мне.
Хмуро, будто не узнавая, «Коси-коси сено» неприязненно уставился на меня, стоящую в ожидании перед ним – в тяжелых, перепачканных глиной клемпах, с грязными руками, в неизменном своем «макинтоше», но зато в кокетливом красном берете и с таким же шарфиком.
– Хорошо.
