– Ну?
– Что?
– Говори!"
"– Уже сказала – «Хорошо».
– Кому? – зашипела Карц. – Лично мне плохо от твоей манеры беседовать.
– Поэма «Хорошо», автор Владимир Маяковский.
– А-а! Ну это тоже старье!
– «Оза», – буркнула я.
– Коза? – не поняла Карц.
– «Оза», – повторила я. – Произведение Андрея Вознесенского, замечательная любовная лирика, посвященная его жене Зое Богуславской.
– Ты еще египетские пирамиды вспомни… Назови сегодняшних!
– Не знаю, – сдалась я.
– Вот блин!
– А зачем тебе?
– Надо! – буркнула Марта.
– Ладно…
– Стой!
– Ну?
– Скажи своему кавалеру, который поиздевался над девушкой, упомянув стихи Гоголя, что советуешь ему почитать пьесы Диккенса и батальные романы Чехова.
В ухе вдруг запикало.
– Что ты делаешь? – удивилась я.
– Вбиваю в мобилу инфу, – пояснила Марта. – Значит, пьесы Диккенса и фатальные романы Чехова?
– Не фатальные, батальные.
– Ну ё-моё, офигеешь тут… – заявила Карц и отсоединилась, забыв сказать «спасибо». Впрочем, про «до свидания» она тоже не вспомнила.
Я попыталась засунуть мобильный в карман, чихнула и вдруг почувствовала, как меня сзади гладит чья-то рука. Прикосновения были нежными и быстрыми, они, с одной стороны, напугали меня, с другой – обрадовали.
– Здрассти, – вежливо сказала я. – Простите, конечно, но не могли бы вы мне помочь? Застряла тут случайно. Я сняла домик в поселке «Лучшие времена», пошла погулять, облокотилась о забор, деревяшки разъехались…
– Фр-хр, – сказал подкравшийся.
– Пафнутий! – осенило меня. – Мерзкий осел! Ты опять бродишь по деревне? Отцепился от привязи?
– Фр…
– Гадкий Прокопий!
– Хр…
– Сейчас же убирайся прочь!
– Хр-фр.
– Не вздумай вытирать свою слюнявую морду о мой кардиган! – возмутилась я. – Хватит с меня порванной футболки. Думаешь, легко найти красивые вещи? Да и стоят они не две копейки.
– Р-р-р.
Я решила лягнуть ишака ногой, но номер не прошел.
– Прокоп, ступай вон!
– Ф-р-р.
Я набрала полную грудь воздуха и тут поняла: странное дело. Одна моя половина находится на территории «Лучших времен», вторая осталась в саду дома престарелых.
Гадкое четвероногое, чье имя я не способна запомнить, гуляет по деревне. Значит, Парфен никак не может находиться со стороны интерната!
– Р-р-р, – грозно заявил ишак, – р-р-р…
С огромным трудом я повернула голову, скосила глаза и увидела… чудовище размером с теленка. Из черного тела, похожего на бочку, торчали четыре мощные лапы, шея, обхватом в метр, переходила в будкообразную голову.
