И попыталась стянуть кольцо с руки. Вот только оно не снималось!
«Но как его снял тот парень?!», пронеслось в голове Хестер. «Или это магия истинных уз? Ох, как все запутанно».
Тяжело вздохнув, Хестер набросила на себя малый щит и поспешила домой. Увы, прошли те времена, когда главную драгоценность рода Аргеланд охраняло трое боевых магов. Теперь ей приходилось заботиться о себе самой.
Ускоряя шаг, Хестер летела к дому. Она старалась не представлять, что именно ей скажет отец – они друг другу уже сполна наговорили.
Сейчас ее беспокоило лишь одно – пусть все не будет зря.
«Завтра утром в магистрат. Пусть гасят долг и вызывают отцу целителя», размышляла она на ходу.
За себя ей страшно не было. И на встречу с истинным Хестер не надеялась. Прорыв из Темноземья уничтожил много земель, но еще больше было уничтожено артефактов. В том числе и сильных, из тех, что нарушают колдовские потоки в мире. Так что много кто не сможет встретить своих истинных, не притянет их друг к другу, не сложится.
Подходя к дому, Хестер замедлилась, убрала малый щит и выровняла дыхание – не стоит показывать отцу, что ей страшно ходить ночами.
Старый граф и так находит причины для ненависти к себе.
- Отец меня тебе навстречу послал. А я не смог,- Римман сидел на крыльце понурив голову. – Какой из меня солдат, если я такой трус?
- Ты не трус,- спокойно ответила Хестер,- ты ребенок.
- Я не ребенок! – вскинулся Рим.
- У меня карамелька осталась, будешь? – Хестер вытащила из кармана петушок на палочке и брат радостно в него вцепился.
И уже после, осознав произошедшее, он мрачно пробурчал:
- Наш предок в моем возрасте род основал!
- И сделал он это для того, чтобы его дети росли в покое и безопасности. Поэтому расти, пожалуйста, не торопясь."
"Мы прошли в дом, миновали затененный коридор и оказались лицом к лицу с отцом, что парил над полом в своем кресле.
- Я – одна из невест,- Хестер подняла руку, на которой таинственно мерцало артефактное кольцо.
- Я не сомневался,- с горечью произнес отец.
– Я не сомневался. На столе чай и сахар.
И мы втроем, в полной тишине, пили слабый чай вприкуску с колотым сахаром. Им с отцом расплатилась одна из соседок, пришедшая за особым зельем.
- Все еще есть люди, способные тебя узнать,- проронил отец неожиданно.
- Меня не выпускали из родового замка,- напомнила я.
- Гости были,- не согласился отец.
Римман, наблюдавший за нами, только вздыхал – он знал, что в роду есть тайна. Но не знал, какая именно.
